Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

Пылающее сердце

Россия в гробу




Праздник, я кушаю куличек с чайком и думаю, а мысли не праздничные, хотя погодка за окном чудесная.

Есть советский фильм по мотивам одноимённой сказки Евгения Шварца, снятый в 1964 году. В описании на Википедии замечательная фраза: «Четыре злых волшебника, главная цель жизни которых — делать людям пакости, осознают, что уже постарели и не могут заниматься своим делом так, как прежде. Они решают вернуть себе молодость». Молодость они возвращают похищая чужое время: они становятся юными, а дети становятся старичками.

Так вот: главное преступление современной российской власти не в том, что она крадет деньги. А в том, что она крадет время – главный не возобновляемый ресурс. У нации, у страны похищена целая эпоха, страну просто сбросили в состояние безвременной комы. Попробуй – верни теперь это. Разрушенный завод можно отстроить заново. Но как вернуть время, за которое, например, Китай полностью преобразился.

[Spoiler (click to open)]

Кто они – эти злые волшебники России? Весь свой творческий потенциал они показали сполна, и ясно - что сюрпризов не будет. Путин уже похож на живую мумию, бормочущую набор слов не имеющий к реальности никакого отношения, словно бы в голове у него установлен органчик. В стране почти полностью убита не только общественная, но всякая творческая жизнь. В мрачном, паучином углу безнадежности угасает российская наука, а госпожа Васильева, боевая подруга Сердюкова, становится почетным академиком Российской академии художеств! Это такое у нас теперь высокое искусство!

«Певцу, выступающему под псевдонимом ЮрКисс, российский президент Владимир Путин вручил медаль ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени, вызвав негодование в соцсетях и возмутив известных представителей российской эстрады. Они гадают, что должен был сделать российский музыкант, чтобы в 23 года его наградили государственной медалью «За заслуги перед Отечеством»? Парень не стал российским музыкантом, вошедшим в топ Billboard 200, не выиграл Евровидение, а уже получил такую награду. Ответ прост: ЮрКисс — старший сын близкого к Кремлю влиятельного продюсера Владимира Киселева. О «большом вкладе» можно судить, послушав хотя бы пару песен ЮрКисса. «Где-то моя бейба без меня, меня она не знает — это зря!», — поется в песне ЮрКисса «Лишь она». Там есть и такие строки: «Фар-фар, кидебу, фар-пиду, комбинация джаз, я решаю на ходу, просекаю фишку на раз-два, один взгляд, искра — и со мной она»». Это теперь такие заслуги перед Отечеством, высоко оцененные самим Путиным!

В космосе – мы теперь отстающие, единственные российские космонавты в черной форме теперь бегают с дубинками по улицам, хватая и дубася граждан.

Невозможно жить, невозможно чем-то заниматься. «ТАСС. Россия потеряла к августу 2020 года 1 млн 95 тыс. 423 микро-, малых и средних предприятия (МСП), или почти каждый пятый бизнес в этом секторе, выяснила аналитическая служба международной аудиторско-консалтинговой сети FinExpertiza».

Полицаи гоняются за музыкантами. «В Сети появилась информация о том, что ФСБ создала «черные списки» музыкантов, выступления которых могут оказаться под вопросом. Об этом сообщил юрист Международной правозащитной группы «Агора» Павел Чиков». «Фронтмен музыкальной группы "Ногу свело!" Макс Покровский рассказал об отмене гастрольного тура по Сибири из-за давления на организаторов. Об этом музыкант написал в своем блоге в Instagram. "В большинстве городов, так ждущих нас после длительного перерыва, организаторов концертов вызвали в какие-то важные кабинеты и сказали, что концерт "Ногу свело!" состояться не должен. А если состоится, то площадки под тем или иным предлогом закроют. COVID поможет", - сообщил он. По словам артиста, "всем понятно, откуда ноги растут". При этом музыкант подчеркнул, что билеты на концерты продавались отлично, но "тяжелые времена продолжаются"».

Полицаи громят монастырь, уводят в полон схиигумена, изгоняют монахинь.



В России организуются спецоперации с участием ОМОНа, чтобы нейтрализовать и упечь в психушку (здравствуй, карательная психиатрия!) якутского шамана Габышева! Сказочное кощеево царство сказочного!

И главные средства злых волшебников – разная форма кражи времени: задержания, аресты, тюрьмы – представляющие собой такие капсулы небытия, где нет времени.

При этом полицаи уже гоняются за адвокатами, пытающимися защищать задержанных: «В номере отеля Mercure в Москве, где остановился глава объединения юристов и журналистов «Команда 29» Иван Павлов, проходит обыск, передает корреспондент “Ъ”».

И похоронным маршем звучит одно и то же: чистки, аресты, ужесточение наказания. «В государственном медиахолдинге ВГТРК прошли кадровые чистки — уволили людей, которые проявляли какие-либо симпатии к оппозиции, утверждает издание Baza со ссылкой на свои источники. «Сразу несколько сотрудников новостных телеканалов были уволены за выражение оппозиционных взглядов, в том числе и в собственных соцсетях — за репосты чужих сообщений и комментарии к постам, — утверждает издание. — Среди тех, кто был вынужден покинуть компанию, оказались несколько операторов и монтажеров. Всех их, по словам источников „Базы“, вызвали сначала для разговора к их руководству, после чего и озвучили причины для увольнения».

Целое поколение выросло в эпоху безвременья, есть люди, которые видели только одного президента – Путина. Они родились при нем, возможно, при нем и умрут (мумии не покидают свой пост).

В современной России невозможно жить, жизнь высосали вампиры. Нас превращают в дряхлых, угасающих старичков, потому, что живые мертвецы питаются нашими силами, нашим временем.

Россия похожа на мертвую царевну в хрустально гробу безвременья.

Христос воскрес. Воскреснет ли Россия?

Пылающее сердце

Песни эпохи


Есть в песнях что-то удивительное и необъяснимое. Иногда послушаешь "Ой, да не вечер" в хорошем исполнении и будто задевает это сочетание слов и мотива какие-то глубины...

[Spoiler (click to open)]

В советском периоде есть много сокровенного, неявного, что проявляется именно через песни. Если послушать, например, "Там в дали за рекой" в исполнении хора Александрова, без оркестра, именно без оркестрового сопровождения, то становится ясно, что это литургия.

Или "Товарищ память" в исполнении Сережи Парамонова - тоже носит литургические черты.

И эти песни говорят о таинственных глубинах эпохи, возможно, больше чем документы партии...
И есть три песни, которые как я считаю, предельно выразили содержание постсоветской эпохи. Может быть, есть и другие, но когда я думала на эту тему, то подобрал именно эти три.
Первая - это "Америкен бой". В ней прекрасно все - и содержание и исполнение. Эти дамы поют именно с нужными интонациями, с этой страстностью дам с низкой социальной ответственностью, предельно выражая состояние нашей Родины, раздвинувшей ноги перед западными партнерами. В этой песенке звучит этот особый восторг падения.

И совершенно великолепен клип с танцующим под эту песенку Медведевым: все, что можно сказать об этой элите - предельно выражено...


Другая песенка - это "Никого не жалко" Шнура.

Никого не жалко никого
Ни тебя, ни меня, ни его.

Нет друзей и нет приятелей
Нет врагов и нет предателей
Многим из нас уже жить не хочется
Все мы дрочим или дрочимся…

Там уже не адское опьянение падением, а тяжелое похмелье, когда ясно, что выжжено все и в это пустыне невозможно жить...

Впрочем, творчество Шнура вообще неплохо передает дух времени.

Вообще, Шнур заплыл жиром и испортился, лишний раз подтверждая, что хорошему художнику вредит благополучие. Шнур пережил себя, слишком зажился на этом свете, было бы красивее если бы ушел раньше, как то скандально...

А третью песню я услышал сравнительно недавно. Она принадлежит, так сказать, последнему поэту эпохи Михаилу Елизарову и называется "Советская". Ее нет смысла пересказывать, на словах не передашь особое исполнительское мастерство автора, это надо посмотреть. Скажу лишь, что она о решающем моменте, когда нельзя было обосраться, но мы обосрались... Заранее предупреждаю, что песня содержит нецензурную лексику. А в качестве дополнения в припеве звучит мотив из "Дня Победы"...

Вот "День Победы" - это позднесоветская песня, с моей точки зрения, совсем не литургическая, а какая-то... шансонистая. И этот мотивчик в песне Елизарова прекрасно подчеркивает тот факт, что мы все продав, все сдав, еще отмечаем какой-то День Победы страны, которой уже нет на карте…

Пылающее сердце

Флейты Азатота

Последний переход человечества



Из детства в моей памяти сохранились два страшных сна. Первый, самый ранний, мне приснился, когда я, кажется, болел. Он был практически бессюжетен: что-то вроде отвалившихся кусков штукатурки повисают в воздухе рядом со стеной и это сопровождалось таким бездонным ужасом, что я, проснувшись, долго приходил в себе.
Другой сон был о преследовании. За мной по комнатам бабушкиной квартиры ходил человек. Он не то, чтобы мне пытался причинить какой-то вред или как-то угрожал. Проблема была в том, что у этого человека вместо головы был работающий вентилятор. Лопасти быстро вращались, образуя прозрачный диск. От существа веяло чем-то глубоко нечеловеческим и я метался, пока не заперся в туалете. Но дверь в бабушкином туалете не доходила до пола, и я с ужасом ожидал, что существо в эту щель заглянет…
Уже намного позднее, будучи взрослым, размышляя об этом сне, подумал, что по гороскопу мне соответствует стихия воздуха и машинка, производящая ветерок, выглядит вполне символичной. А, кроме того, неустанно работающий ум подобен моторчику, вращающему лопасти мыслей, и, может быть, сон знаменовал тот этап роста, когда мое Эго настигало меня...
[Spoiler (click to open)]Другой этап взросления наступил, наверное, в классе пятом. Я утром собирался в школу, выдавливал на щетку зубную пасту, и вдруг меня поразила мысль, представшая в виде яркой картинки. У нас тогда был магазин под названием "Джем-повидло". И вот мне представилась залитая солнечным светом асфальтовая площадка перед этим магазином и я понял, что когда-то этот магазин и эта площадка будет, а меня не будет. И это образовывало какой-то разрыв в мире, который неизвестно чем можно было соединить...
А до этого смерть была странным, непонятным фактом.
Из этих ранних воспоминаний осталось, как я прохожу через небольшой сталинской застройки дворик, и вижу, как у одного подъезда стоит на табуретках гроб, а в ней высохшая старушка цвета тополиной осенней листвы...
Одно из имен сатаны - Вельзевул (Баал-Зебуб), повелитель мух. А муха всегда, даже в детстве была своеобразным маркером смерти - если она спокойно ползает, например, по лежащей у обочины дороги кошечке, то кошка не просто отдыхает, а спит вечным сном...
Еще одно из детских впечатлений: было какое-то любопытство к возникавшему человеческому собранию около подъезда, почему-то туда тянуло, видно было желание разобраться. Помню, как протиснувшись так, увидел старушку возле гроба со старичком. Запомнилось, что у старичка сложенные на груди руки были перевязаны веревочкой. Старушка то и дело отгоняла муху, норовившую сесть на лоб покойного...
У Михаила Елизарова в "Земле" дается примерно такое описание умершей: полное отсутствие, словно бы на лице кто-то вывесил табличку "Ушла и больше не вернусь".
От всего это на мир и на душу ложилась тень, появлялась особая тоскливость...
У Сергея Рахманинова есть Симфоническая поэма на стихи Эдгара По "Колокола". Если кто-то не слышал, рекомендую послушать.



И когда я читаю стихотворение По, то в голове возникает рахманиновская мелодия:

Похоронный слышен звон,
Долгий звон!
Горькой скорби слышны звуки, горькой жизни кончен сон.
Звук железный возвещает о печали похорон!
И невольно мы дрожим,
От забав своих спешим
И рыдаем, вспоминаем, что и мы глаза смежим.
Неизменно-монотонный,
Этот возглас отдаленный,
Похоронный тяжкий звон,
Точно стон,
Скорбный, гневный,
И плачевный,
Вырастает в долгий гул,
Возвещает, что страдалец непробудным сном уснул.
В колокольных кельях ржавых,
Он для правых и неправых
Грозно вторит об одном:
Что на сердце будет камень, что глаза сомкнутся сном.
Факел траурный горит,
С колокольни кто-то крикнул, кто-то громко говорит,
Кто-то черный там стоит,
И хохочет, и гремит,
И гудит, гудит, гудит,
К колокольне припадает,
Гулкий колокол качает,
Гулкий колокол рыдает,
Стонет в воздухе немом
И протяжно возвещает о покое гробовом.

И есть совершенно жуткое стихотворение Анненского "Чёрная весна":

Под гулы меди — гробовой
Творился перенос,
И, жутко задран, восковой
Глядел из гроба нос.

Дыханья, что ли, он хотел
Туда, в пустую грудь?..
Последний снег был темно-бел,
И тяжек рыхлый путь,

И только изморозь, мутна,
На тление лилась,
Да тупо черная весна
Глядела в студень глаз —

С облезлых крыш, из бурых ям,
С позеленевших лиц.
А там, по мертвенным полям,
С разбухших крыльев птиц…

О люди! Тяжек жизни след
По рытвинам путей,
Но ничего печальней нет,
Как встреча двух смертей.

Что-то утрированное, почти карикатурно - жуткий нос, торчащий из гроба, словно пытающийся вздохнуть и замерший в мучительном спазме. Кошмарный студень глаз, весна, представленная, как смерть, жизнь, как рытвины... Это полная безнадежность, в которой нет ничего, кроме разложения, и, кажется, что сами небеса полны гнили, и падающая влага, мутная изморозь – это гниль небес…
И гулы меди... Я помню эти гулы меди.
В советские времена часто хоронили под оркестр. В этом похоронном оркестре был большой барабан и духовые. И именно тяжкими ударам этого барабана, доносившимся издалека, проникавшими сквозь стекла окон, - бум… бум… бум… - проникала эта особая мертвящая аура. А потом слышались эти ужасные «гулы меди»… Я понятия не имею, что за мелодию они пытались исполнять. Но в своей сути это было гениально. Это не была музыка изображавшая распад. Это было прорывом распада в виде подобия музыки. Вызывавшую особую, специфическую доходящую до жути тоску. Будто на душу началась литься мутная изморозь…
Мне одно время долго снились сны с этими похоронными церемониями и гулами хаотичной, безнадежной меди…
Годы спустя вдруг до меня дошло – что это такое. В мрачном пантеоне богов Говарда Лавкрафта есть подходящие образы: «Азатот - верховный бог в пантеоне. Самый частый эпитет применяемый к нему, это «безумный бог». Это слепой бог, который вечно играет на своей флейте весьма медленную мелодию. У него нет формы, это сгусток хаоса. …тот последний бесформенный кошмар в средоточии хаоса, который богомерзко клубится и бурлит в самом центре бесконечности — безграничный султан демонов Азатот, имя которого не осмелятся произнести ничьи губы, кто жадно жуёт в непостижимых, тёмных покоях вне времени под глухую, сводящую с ума жуткую дробь барабанов и тихие монотонные всхлипы проклятых флейт, под чей мерзкий грохот и протяжное дудение медленно, неуклюже и причудливо пляшут гигантские Абсолютные боги, безглазые, безгласные, мрачные, безумные Иные боги, чей дух и посланник — ползучий хаос Ньярлатотеп… Есть те, кто поклоняется Азатоту, но он к ним глух. Его интересует только его флейта. Мелодия флейты медленная, а сам бог находиться в постоянной печали».
И сейчас кажется, что мир проникает не «гармония сфер», а жуткая флейта Азатота под удары барабана. И совершается последний перенос павшего человечества… Последним сюжетом становится угасание, умирание в различных формах.
В России уже не осталось смысла, кроме бессмыслицы распада.
И все ближе этот характерный – бум… бум… бум… под гулы меди.

 
Пылающее сердце

Странные песни



В огромном море тошнотворной попсы иногда встречается… что-то странное. Такие особенные песенки… словно бы чем-то помеченные, как будто на них пала какая-то тень. Как «Отель Калифорния» у «Eagles», выделяющаяся в их репертуаре и формой и содержанием. Может быть, такие песни кто-то дарит? Но это уже чистой воды домыслы… Но я не хочу о зарубежном, а о том, что вырастает на нашей поляне.
Мой друг, такой же конспиролог, как и я, любил отслеживать такие особые песни. Он мне однажды поставил песню группы «Секрет» «Ничего не бойся». На слух песенка милая, с неплохой мелодией. Несколько тревожной. А слова сразу и на слух не разобрать, кроме припева. А они интересные:

[Spoiler (click to open)]

На пороге черно-белом между "нет" и "да"
Не видна звезда и темна вода.
А ответа нет и нет, а впереди уже рассвет,
И не вернуться, не обернуться,
Ты шепнешь: "Постой..."

Ничего не бойся, я с тобой.
С утренней звездой ты окно открой.
Ничего не бойся, я с тобой.
Сердце успокой, я всегда с тобой.

Вновь уронит каплю солнца неба синий круг,
И исчезнет вдруг месяц, старый друг.
Утро в дом едва-едва, и это больше, чем слова.
Ночь обещаний, утро прощаний,
Ты шепнешь: "Постой..."

А о чем это все? Итак, ночью герой стоит на пороге чего-то, перед каким-то темными водами, перед решающим выбором. Он кого-то вопрошает? Вызывает? Но ответа нет, а уже рассвет близок. Впрочем, это была ночь каких-то обещаний. Но роковой шаг уже сделан и не вернуться, и не обернуться. Но самое главное – кто ему шепчет? Чей это голос? Этот голос успокаивает. Так успокаивают, когда человек сильно напуган. Сердце требуется успокоить, так, как оно, наверное, учащенно бьется и норовит выскочить из груди. Зачем надо открывать окно с утренней звездой? Чтобы впустить кого-то? А сама утренняя звезда - какой символизм носит в христианской традиции? «Люцифер в римской мифологии — персонификация утренней звезды — планеты Венеры. С позднего Средневековья в христианстве — синоним падшего ангела, отождествляемого с сатаной и дьяволом».
Слова песни вроде бы как написал Николай Фоменко, и, возможно, вкладывал совсем другой смысл, а мне, как конспирологу, просто что-то привиделось. Но «месяц, старый друг» - мне как-то напомнило о строчке из стихотворения одного русского поэта, которую я приведу чуть ниже…
Я не поклонник Аллы Пугачевой, она меня раздражала еще в свои лучшие годы, в советские времена. Но у нее есть несомненно удачная песня, которую она исполнила очень хорошо, без котово-мартовских подвываний. Это «Позови меня с собой»…

Песня печальная, вроде бы как о расставании. Но звучит в ней что-то еще… тревожное. Например, в припеве:

Позови меня с собой,
Я приду сквозь злые ночи,
Я отправлюсь за тобой,
Что бы путь мне не пророчил,
Я приду туда, где ты
Нарисуешь в небе солнце,
Где разбитые мечты
Обретают снова силу высоты.

Почему некий он нарисует в небе солнце? Потому, что там, где он обитает, нет настоящего солнце? И что это за край, где «Где разбитые мечты обретают снова силу высоты»? У Гребенщикова есть страшненькая песня «Три сестры» где говорится: «В том далеком краю, где не ходят поезда».
Но самый интересный куплет в этой песне Пугачевой этот:

Каждый раз, как только спускается ночь
На спящий город,
Я бегу из дома бессонного прочь
В тоску и холод,
Я ищу среди снов безликих тебя,
Но в двери нового дня,
Я вновь иду без тебя.

Этот он есть что такое? Нечто призрачное? Может быть, не случайно судьба автора этих стихов Татьяны Снежиной была так трагична? Она погибла в страшной автокатастрофе в 23 года. Этот некто все-таки позвал ее?
У поэта Николая Гумилева есть стихи, которые называются «Влюбленная в дьявола».

Что за бледный и красивый рыцарь
Проскакал на вороном коне,
И какая сказочная птица
Кружилась над ним в вышине?

И какой печальный взгляд он бросил
На мое цветное окно,
И зачем мне сделался несносен
Мир родной и знакомый давно?

И зачем мой старший брат в испуге
При дрожащем мерцаньи свечи
Вынимал из погребов кольчуги
И натачивал копья и мечи?

И зачем сегодня в капелле
Все сходились, читали псалмы,
И монахи угрюмые пели
Заклинанья против мрака и тьмы?

И спускался сумрачный астролог
С заклинательной башни в дом,
И зачем был так странно долог
Его спор с моим старым отцом?

Я не знаю, ничего не знаю,
Я еще так молода,
Но я все же плачу, и рыдаю,
И мечтаю всегда.

Если бы не однозначный заголовок, то можно было бы подумать, что это стихи про обычную любовь. Но они не про обычную. Мы не всегда верно понимаем демоническое, зачастую сводим все к очень плоским, примитивным формам. А оно, это странное и темное, вполне может принимать формы смутной влюбленности, неясной тоски и стремления куда-то… Николай Гумилев с этой темой играл вполне откровенно. Есть у него стихотворение, начинающееся со строчки «Мой старый друг, мой верный Дьявол». Такие вот друзья и, видимо, вдохновители были у этого поэта…
Есть и более откровенные песни, как, например, у  «Наутилуса Помпилиуса» - «Князь Тишины»:

По лунному свету блуждаю, посвистывая,
Но только оглядываться мы не должны.
Идет, идет, идет вслед за мной
Вышиной в десять сажень добрейший князь -
Князь Тишины.
Добрейший князь - Князь Тишины.

Припев:
Мой князь - Князь Тишины…

И горе мне, если впал я в безмолвие
Или уставился на лик луны.
Стон, треск - растоптал,
Стон, треск - растоптал бы меня,
Растоптал моментально, добрейший князь -
Князь Тишины.

Знакомый мотив – про то, что нельзя оглядываться? И конечно же про старого друга – Луну.  У этой песени своя история, она написана на стихи венгерского поэта Эндре Ади, а уж у того свои были подтексты…
Есть еще одна своеобразная песенка – «Ковер-Вертолет» «Агаты Кристи». Она написана в бодром ритме работы вертолетного двигателя и голос солиста такой… странно веселый. Когда я случайно услышал ее в магазина, то меня именно музыкальный ритм ее зацепил. А уж потом стал разбираться со смыслом. И сначала даже не вполне понятно - о чем идет речь…

Мама, это небыль, мама, это небыль,
Мама, это не со мной!
Неужели небо, неужели небо
Задеваю головой?

Куда это и на чем он летит? А второй куплет уже кое-что проясняет, и от жути начинают мурашки по спине бежать – и именно из-за контраста этой веселой задорности и содержания:

Мама, это правда, мама, это правда,
Мама, я опять живой!
Ты уже не плачешь, ты уже не плачешь,
Мама, полетим со мной!

На ковре-вертолете мимо радуги
Мы летим, а вы ползете, чудаки вы, чудаки!
На ковре-вертолете ветер бьет в глаза,
Нам хотя бы на излете заглянуть за...

И тут я должен сделать отступление. Чтобы кое-то объяснить. Как правило, обыватель думает, что хорошее произведение искусства, хорошая картина – эта та, которая тщательно что-то, подробно изображает, как «настоящее», как фотография. На самом деле такое искусство – очень холодное, оно не пускает в себе. Хорошее произведение не говорит всего, оно всего лишь намекает, позволяя зрителю или слушателю самому достроить пространство произведения, сделать соучастником. Надо намекнуть и разбудить воображение, и тогда не просто увидишь нарисованное озеро, а вдруг начнешь жить в этом мире и почувствуешь его запах. Китайская живопись делится на гунби (тщательная кисть) и се-и (свободная кисть). Се-и считается живописью поэтов и философов. Се-и это и есть живопись намека. Одним мазком создается опора для пробуждения фантазии зрителя…
Так вот… Лаконичные строки песенки «Агаты Кристи» воссоздают образ чего-то страшного. Вдруг понимаешь, что это за «ковер-самолет», стремительно уносящий душу мертвого за горизонт жизни.
Но у «Агаты Кристы» чуть ли не каждая песня – своеобразный манифест:

С неба падшая душа -
Чудо в перьях, задом вниз
А здесь зима, а здесь тюрьма,
А что не так - сама держись.

Или вот еще, где есть и тема Луны и Звезды:

Нас родила непонятная звезда.
В нас оставил след, холодный свет.
Ночь и Луна, потаенная война.
Запрещенная мечта.
Наша красота, подлая судьба
Нас еще погубит навсегда.
Это не беда, не твоя вина,
Ты веди нас за собой, Позорная звезда.

Сайт «Дождь» пишет: «Владислав Сурков известен не только как теперь уже бывший серый кардинал российской политики. Он создал себе репутацию интеллектуала и философа, по крайней мере, этот образ активно поддерживали его сторонники. Известно, что Сурков сотрудничал с группой «Агата Кристи». Вместе с солистом этого коллектива Вадимом Самойловым в 2003 году он записал альбом «Полуострова». В роли продюсера проекта якобы выступил бывший глава Комитета Госдумы по информационной политике Константин Ветров из ЛДПР. Сурков написал почти все тексты для этого диска, впрочем, запись была издана ограниченным тиражом, фактически, это был проект, рассчитанный на друзей и знакомых Суркова. Позже аудиотреки попали в интернет, в частности, с ними можно ознакомиться на сайте «Сурков.Инфо», посвященный биографии и творчеству чиновника. Там же опубликованы и тексты песен, вот, например, цитата из трека «Будем как все»:

Наш хозяин — Денница, мы узнаем его стиль.
К Рождеству вместо снега он посылает нам пыль.
Мы плетемся в обозе его бесконечной орды.
Я буду, как ты,
ты будешь, как он,
мы будем, как все».

Возможно, подобные песенки очень многое могут рассказать про наше время, про дух эпохи…
Подлинный творец не может ничего создать без вдохновения. Но источники его могут быть различными. И в монашестве большее значение имеет искусство различения духов. А в "Докторе Фаустусе" Томаса Манна дьявол говорит, что бывали эпохи, когда вдохновение давалось свыше, а теперь только от него. Эпоха ночи мира, когда солнце сокрылось, а на небе осталась бледная Луна.

Пылающее сердце

Падаль

Грустные размышления
 


Гребенщикова я впервые услышал на втором курсе института. Это был 1985 год и нас отправили работать на консервный завод в Ленинск. Теперь понимаешь, что, наверное, это было самое  лучшее время, еще не отравленное никакой гадостью и трагедиями… Однокурсник Федор взял туда свой кассетный магнитофон: он был меломан и даже пытался группу создавать (крутил он нам как-то кассеты со своими опытами – совершенно невыносимыми), и был в курсе музыкальных новинок и вообще много знал о рок музыке. Это благодаря ему впервые познакомился с оперой «Иисус Христос суперзвезда», «Лед Зеппелином» и многим другим. Он нам тогда ставил «Браво» и «Радио Африка» «Аквариума». БГ мне показался странным малым, его тексты выглядели слегка абсурдными (что, впрочем, мне нравилось), но в целом музыка была интересной, особенно мрачненькая песня «Рок-н-ролл мертв, а я еще нет»; меня тогда очаровывало все мрачное.
[Spoiler (click to open)]А потом началась перестройка, крушение всех основ. Я тяжело все это переживал. А тогда по телевидению крутили клип БГ «Полковник Васин».  Страну ломали, мы капитулировали в «холодной войне», а БГ пел:



Полковник Васин собрал свой полк
И сказал им:" Пойдем домой.
Мы ведем войну уже семьдесят лет.
Мы считали, что жизнь это бой,
Но по новым данным разведки
Мы воевали сами с собой".


В клипе, напоминавшем фрагмент из фильма «Бумбараш», где дезертиры ехали с фронта, тоже ехал поезд, а Гребенщиков вдохновенно в припеве повторял:

Этот поезд в огне и нам не на что больше жать.
Этот поезд в огне и нам некуда больше бежать.
Эта земля была нашей, пока мы не увязли в борьбе.
Она умрет, если будет ничьей, пора вернуть эту землю себе.


А еще там говорилось:

И если мы хотим, чтобы было куда вернуться -
То время вернуться домой.


И уж в самом конце:

Но хватит ползать на брюхе
Мы уже возвратились домой.


Поезд полковника Васина, прекратившего битву, мчался домой. Так считал тогда БГ. Я его в те времена за эту песню и клип очень сильно невзлюбил. Зло подумал: «И ты туда же, гадина!» Их было много тогда – таких вдохновенных певцов перестройки и надвигающейся катастрофы.
Но со временем я немножко отношение к БГ все-таки изменил. Особенно, когда услышал его песню «Кладбище». Он эту песню написал не позднее 1995 года. И хотя песня – это не стихи, ее надо слушать, я все-таки приведу ее текст:



Село солнце за Гималаи,
Чтоб назавтра вновь взойти;
Бредет йогин на кладбище
Отсекать привязанности.

У него труба из кости,
Он начнет в нее трубить;
Созовет голодных духов –
Их собой поить-кормить.

Они съедят его тело,
Они выпьют кровь до дна;
И к утру он чист-безгрешен,
Не привязан ни хрена.

Ох, мы тоже трубим в трубы,
У нас много трубачей;
И своею кровью кормим
Сытых хамов-сволочей;

Столько лет – а им все мало.
Неужель мы так грешны?
Ох, скорей бы солнце встало
Над кладбищем моей родины...


Песня и в музыкальном, и в смысловом отношении – сильная. И исполнил ее БГ прекрасно, мне кажется, это одна из его самых больших творческих удач. Но самое главное – это подобие некоего прозрения. Оказывается, веселый поезд привез полковника Васина не домой, а на кладбище… Мрачное кладбище в беззвездной ночи с злыми, голодными духами – такой увидел БГ свою Родину…
Образ мертвой Родину у БГ жуткий, но не отвратительный. А есть еще один образ смерти – с невыносимым непотребством разложения, которое пытался поэтизировать Бодлер:

Вы помните ли то, что видели мы летом?
Мой ангел, помните ли вы
Ту лошадь дохлую под ярким белым светом,
Среди рыжеющей травы...


В лирическом отступлении в «Мертвых душах» Гоголь сравнивает Русь с лихо мчащейся тройкой: «Русь, куда ж несешься ты? дай ответ. Не дает ответа. Чудным звоном заливается колокольчик; гремит и становится ветром разорванный в куски воздух; летит мимо все, что ни есть на земли, и, косясь, постораниваются и дают ей дорогу другие народы и государства».
Этот отрывок цитировали и цитирую при всяком случае: мчится куда-то Русь, но непонятно куда…
А есть другой интересный образ, впечатливший меня и засевший в памяти на долгие годы - сон Раскольникова из «Преступления и наказания»: «В большую такую телегу впряжена была маленькая, тощая, саврасая крестьянская клячонка, одна из тех, которые — он часто это видел — надрываются иной раз с высоким каким-нибудь возом дров или сена, особенно коли воз застрянет в грязи или в колее, и при этом их так больно, так больно бьют всегда мужики кнутами, иной раз даже по самой морде и по глазам, а ему так жалко, так жалко на это смотреть, что он чуть не плачет, а мамаша всегда, бывало, отводит его от окошка. Но вот вдруг становится очень шумно: из кабака выходят с криками, с песнями, с балалайками пьяные-препьяные большие такие мужики в красных и синих рубашках, с армяками внакидку. «Садись, все садись! — кричит один, еще молодой, с толстою такою шеей и с мясистым, красным, как морковь, лицом, — всех довезу, садись!» Но тотчас же раздается смех и восклицанья:
 — Этака кляча да повезет!
 — Да ты, Миколка, в уме, что ли: этаку кобыленку в таку телегу запрег!
 — А ведь савраске-то беспременно лет двадцать уж будет, братцы!
 — Садись, всех довезу! — опять кричит Миколка, прыгая первый в телегу, берет вожжи и становится на передке во весь рост. — Гнедой даве с Матвеем ушел, — кричит он с телеги, — а кобыленка этта, братцы, только сердце мое надрывает: так бы, кажись, ее и убил, даром хлеб ест. Говорю садись! Вскачь пущу! Вскачь пойдет! — И он берет в руки кнут, с наслаждением готовясь сечь савраску.
 … Все лезут в Миколкину телегу с хохотом и остротами. Налезло человек шесть, и еще можно посадить. Берут с собою одну бабу, толстую и румяную.
  — Садись! Все садись! — кричит Миколка, — всех повезет. Засеку! — И хлещет, хлещет, и уже не знает, чем и бить от остервенения.
 — Папочка, папочка, — кричит он отцу, — папочка, что они делают? Папочка, бедную лошадку бьют!
 — Секи до смерти! — кричит Миколка, — на то пошло. Засеку!
 — Да что на тебе креста, что ли, нет, леший! — кричит один старик из толпы.
 — Видано ль, чтобы така лошаденка таку поклажу везла, — прибавляет другой.
 — Заморишь! — кричит третий.
 — Не трожь! Мое добро! Что хочу, то и делаю. Садись еще! Все садись!  Хочу, чтобы беспременно вскачь пошла!…
 Два парня из толпы достают еще по кнуту и бегут к лошаденке сечь ее с боков. Каждый бежит с своей стороны.
 — По морде ее, по глазам хлещи, по глазам! — кричит Миколка.
 — Песню, братцы! — кричит кто-то с телеги, и все в телеге подхватывают. Раздается разгульная песня, брякает бубен, в припевах свист.
 Бабенка щелкает орешки и посмеивается.
 — А чтобы те леший! — вскрикивает в ярости Миколка. Он бросает кнут, нагибается и вытаскивает со дна телеги длинную и толстую оглоблю, берет ее за конец в обе руки и с усилием размахивается над савраской.
 — Разразит! — кричат кругом.
 — Убьет!
 — Мое добро! — кричит Миколка и со всего размаху опускает оглоблю.
 Раздается тяжелый удар.
 — Секи ее, секи! Что стали! — кричат голоса из толпы.
 А Миколка намахивается в другой раз, и другой удар со всего размаху ложится на спину несчастной клячи. Она вся оседает всем задом, но вспрыгивает и дергает, дергает из всех последних сил в разные стороны, чтобы вывезти; но со всех сторон принимают ее в шесть кнутов, а оглобля снова вздымается и падает в третий раз, потом в четвертый, мерно, с размаха. Миколка в бешенстве, что не может с одного удара убить.
 — Живуча! — кричат кругом.
 — Сейчас беспременно падет, братцы, тут ей и конец! — кричит из толпы один любитель.
 — Топором ее, чего! Покончить с ней разом, — кричит третий.
 — Эх, ешь те комары! Расступись! — неистово вскрикивает Миколка, бросает оглоблю, снова нагибается в телегу и вытаскивает железный лом. — Берегись! — кричит он и что есть силы огорошивает с размаху свою бедную лошаденку. Удар рухнул; кобыленка зашаталась, осела, хотела было дернуть, но лом снова со всего размаху ложится ей на спину, и она падает на землю, точно ей подсекли все четыре ноги разом.
 — Добивай! — кричит Миколка и вскакивает, словно себя не помня, с телеги. Несколько парней, тоже красных и пьяных, схватывают что попало — кнуты, палки, оглоблю, и бегут к издыхающей кобыленке. Миколка становится сбоку и начинает бить ломом зря по спине. Кляча протягивает морду, тяжело вздыхает и умирает.
 — Доконал! — кричат в толпе.
 — А зачем вскачь не шла!
 — Мое добро! — кричит Миколка, с ломом в руках и с налитыми кровью глазами. Он стоит будто жалея, что уж некого больше бить.
 Но бедный мальчик уже не помнит себя. С криком пробивается он сквозь толпу к савраске, обхватывает ее мертвую, окровавленную морду и целует ее, бросается с своими кулачонками на Миколку.
 — Папочка! За что они… бедную лошадку… убили! — всхлипывает он, но дыханье ему захватывает, и слова криками вырываются из его стесненной груди».
Интересно, а кто-то когда-нибудь высказывал мысль, что в этом сне Достоевский тоже нарисовал образ Руси – но не мчащейся по простору, а измученной, изнуренной и добиваемой?
Когда в 1917 году рухнула Российская империя, Максимилиан Волошин написал отчаянные строки:

С Россией кончено… На последях
Её мы прогалдели, проболтали,
Пролузгали, пропили, проплевали,
Замызгали на грязных площадях,

Распродали на улицах: не надо ль
Кому земли, республик, да свобод,
Гражданских прав? И родину народ
Сам выволок на гноище, как падаль.

Как падаль…
Но Волошин ошибся и лошадка еще поскакала, да как поскакала! Но потом все кончилось… И в этот раз рука палача с тяжелым ломом кажется не подвела: «кобыленка зашаталась, осела, хотела было дернуть, но лом снова со всего размаху ложится ей на спину, и она падает на землю, точно ей подсекли все четыре ноги разом».
Стихотворение Бодлера, что я помянул выше, называется «Падаль»:

Вы помните ли то, что видели мы летом?
Мой ангел, помните ли вы
Ту лошадь дохлую под ярким белым светом,
Среди рыжеющей травы?

Полуистлевшая, она, раскинув ноги,
Подобно девке площадной,
Бесстыдно, брюхом вверх лежала у дороги,
Зловонный выделяя гной.

И солнце эту гниль палило с небосвода,
Чтобы останки сжечь дотла,
Чтоб слитое в одном великая Природа
Разъединенным приняла.

И в небо щерились уже куски скелета,
Большим подобные цветам.
От смрада на лугу, в душистом зное лета,
Едва не стало дурно вам.

Спеша на пиршество, жужжащей тучей мухи
Над мерзкой грудою вились,
И черви ползали и копошились в брюхе,
Как черная густая слизь.


Мы ругам власть, мы замечаем, что над нами словно бы жужжащей тучей вьются странные голодные сущности – то ли злые духи, то ли мухи, которые впиваются и жрут нас. И причина этой оказии нам не вполне ясна, хотя при определенном усилии могло бы возникнуть страшное подозрения: эти гады так атакуют нас потому, что мы стали падалью… Но падаль по определению далека от того, чтобы анализировать ситуация, она просто бесстыдно лежит вверх брюхом подставляя свой зловонный гной мушиной туче. Кстати, помните кто такой Вельзевул? Бааль-Зевув - означает «повелитель мух»… Мухи и черви поедают то, что уже перестало быть жизнью, они санитары. И этот процесс занимает некоторое время.

Гамлет. - Много ли пролежит человек в земле, пока не сгниет?

Первый могильщик- Да как вам сказать… Если он не протухнет заживо – сейчас пошел такой покойник, что едва дотягивает до похорон, – то лет восемь-девять продержится.

Гамлет. - Дай взгляну. (Берет череп в руки).  Бедный Йорик! Я знал его, Горацио. Это был человек бесконечного остроумия, неистощимый на выдумки. … А теперь это само отвращение и тошнотой подступает к горлу.

 
Пылающее сердце

Я стою на краю...

Что отражается в зеркале рок-музыки?



Поэзия это не трюкаческая способность придумывать рифмы к словам. Если верить Пушкину (а он в этом разбирался) поэзия - нечто похожее на одержимость, когда прикосновение «божественного глагола» изменяет человека, бывшего до этого самым ничтожным средь ничтожных детей мира. Во всяком случае, говоря по современному, поэтическое вдохновение позволяет хотя бы отчасти погрузиться в измененное состояние сознания, открывающее то ли скрытые глубины бессознательного, то ли иные измерения нашего мира.

[Spoiler (click to open)]

Я задумался об этом недавно, вспомнив - какое впечатление оказал фильм Балабанова «Брат-2». На меня он тоже в то время сильно подействовал. Смотрел его первый раз по видику у брата, ушел от него потом с особым настроением. Впечатление оказал не только сюжет, но и музыка в фильме, занимающее особое место. Балабанова тогда даже критиковали за то, что он злоупотребляет проходками героя под музыку. И сам фильм конечно уже давно не вызывает у меня тех, былых чувств, и пересматривать эту историю нет никакого желания, но я припомнил именно музыку звучавшую тогда в фильме и задумался. После фильма, на волне успеха даже вышел альбом с песнями из фильма и был даже концерт в «Олимпийском» в 2000 году. Сейчас я его скачал, залил на плеер и еще раз внимательно переслушал; меня что-то волновало. Можно сказать, что я впервые слушал так внимательно эти песни, анализируя слова и образы, прежде слова проскальзывали по поверхности, как дополнение к музыке...

Кстати, в античности поэзия декламировалась: «Античной литературе присущи публичные формы существования. Её наивысший расцвет приходится на докнижную эпоху. Поэтому название «литература» к ней применяется с определённым элементом исторической условности. Однако именно это обстоятельство обусловило традицию включать в литературную сферу также достижения театра. Лишь в конце античности появляется такой «книжный» жанр, как роман, предназначенный для персонального чтения. Тогда же закладываются первые традиции оформления книги (сначала в виде свитка, а затем тетради), включая иллюстрации».

Поэзию не столько читали, сколько слушали. В этом отношении, исполнение стихотворений в виде песни - ближе к этой старой античной традиции. Это некое театрализованное действо, в котором в единое целое включается голос певца, музыка, текст. И попытка анализировать только текст песни сильно умоляет, утрирует это действие в целом. Не только важно - какие слова поются, но и то, как они поются, с какими интонациями, в каком музыкальном сопровождении, которое способно изменять смысл привычных слов до неузнаваемости.

Конечно же, авторы текстов современных песен - далеко не пушкины. И это еще мягко сказано. Они подчас что-то косноязычно бормочут к тому же о предметах не всегда достойных внимания. Но даже эти косноязычные поэты что-то нам открывают в восприятии мира, слегка отодвигают сокровенную шторку, и вот мы видим иной лик нашей современности. Современность можно описывать языком злободневной публицистики, указывая на то, что происходит в политике и экономике. Но можно заглянуть и в эту странную поэзию современности и увидеть - что в ней отражается.

Песня Бутусова «Гибралтар-Лабрадор», звучавшая в «Брате-2», - хит конца 90-х. Написана на стихи поэта Джорджа Гуницкого. Песня производит впечатление сюрреалистического коллажа. Но образы тревожные. Поет странная птица, за окном крадется вор, а потом он же свисает из трубы. И творится что-то пугающее:

Если спелая малина

Почернела без причины

И осыпалась коpа

Значит кончилась игра.

В фильмах ужасах часто показывают, что при появлении нечистой силы вянут растения. Но нам сообщается, что при этих пугающих признаках не только игра закончилась (game over), но и начинается пожар. Пожар не местного значения, в песне указывается на нечто планетарного масштаба:

Многоликие монголы

Пьют карбидовые смолы,

Турки скачут по гробам

Прямо в гоpод Амстердам.

Кроме того, в проигрыше звучит мелодия американской группы «The Ventures» «Vibrations», которая в советские времена использовалась в заставке передачи «Международная панорама».

Пожар может означать нечто революционное, социальные потрясения. А, может быть, и нечто большее. В оракуле эритрейской сивиллы говорится о мировом пожаре: «Будет тут страшный пожар, который охватит всю землю». Сочетание слов Гибралтал-Лабрадор похоже на анаграмму. Первые лабрадоры были исключительно чёрными, по окрасу напоминая скальную породу «лабрадорит». Цитата: «Камень лабрадор известен человечеству более двух тысяч лет. Как только его не называли: и чёрный лунный камень, и павлиний камень». Т.е. лабрадор – это не только собака (которая часто используется, как собака-поводырь или спасатель), но и драгоценный камень, которому приписывают магические свойства («минерал таинственный, мистический»).

А что касается Гибралтара, то мне припоминается цитата из А. Дугина: «В свое время древняя цивилизация поставила в Танжере, в Гибралтарском проливе два столба, на которых написала «Neс plus ultra» - «А дальше не». «Дальше не надо» - написано было на этих столбах. Все, кто сунется, тот пожалеет. И пока эти столбы охраняли, ворота Запада были запечатаны, все было более или менее хорошо. Но какая-то сволочь все-таки туда пролезла. И когда она туда пролезла, она сняла эту фундаментальную печать».

Впрочем, я отвлекся…

Один из хитов этого альбома - «Полковнику никто не пишет» белорусской группы «Би-2». На авторов теста повлиял и Маркес, и личные впечатления («..текст Лева сочинил после весенней поездки на метро в Мельбурне, во время которой он почувствовал, насколько одиноким может быть человек в современном мире»), но я в данном случае говорю не об истоках, а о результирующем образе... Всеми оставленный полковник (ему никто не пишет) находится где-то в странном месте: у него на линии огня большие и пустые города с пустыми же поездами. Нам повторяют, что он не сошел с ума, что все равно рождает подозрение: с рассудком полковника что-то не так…

Впечатление расщепления личности оставляет песня группы "Аукцион". Ее герой движется по «бескайфовой дороге» (да и та не его), земля хватает его за ноги, он оставляет за собой глупые, чужие города, он отождествляет себе с луной и небом (вероятно, ночным), но в то же время его где-то любили, он где-то летает, но это все не он. А где он и что такое движется по «бескайфовой дороге»?

Я в детстве слушал пластинку с песенкой Еремы:

Шел я раз своей дорогой,

Глядь - дорога-то не моя,

И дорога-то не моя,

И иду совсем не я.

Злые люди набежали,

Обирали, обижали

Среди бела среди дня

Мне плевать, ведь я - не я

Если я - это не я,

Не моя моя родня,

Не моя моя деревня

И корова не моя.

Это горе, да не мое,

Эта бедность не моя,

Не мои все эти слезы,

Если я - это не я.

А есть еще такое явление – «деперсонализация». Это «расстройство самовосприятия личности и отчуждение её психических свойств. Утрата чувства собственного «Я» и ощущение пустоты при деперсонализации называется ценестезией ( «пустой» + «чувство, ощущение»). При деперсонализации собственные действия воспринимаются как бы со стороны и сопровождаются ощущением невозможности управлять ими.
Песня Чичереной «Ту-лу-ла» рисует совсем катастрофическую пограничную ситуацию: она стоит в состоянии какого-то паралича на обрыве реки и уже одна нога в пропасть соскользнула. Ее голову тоже замкнуло и поет она то, «что ветром в голову надуло». Т.е. поет по сути не она, а нечто, что в нее вселилось. Вот что пишут о ветре: «Ветер в поверьях часто предстает живым существом. В Нижегородской губернии рассказывали, что ветер «хватает» проклятых…»

Песня Сплина повествует об отчуждении от мира:

Мы легли на дно, мы зажгли огни.
Во вселенной только мы одни.


Возникает образ подлодки, лежащий на морском дне. Впрочем, дальше сообщается:

Мы ушли в открытый космос.
В этом мире больше нечего ловить.


Они уходят из этого мира в пустоту открытого космоса, утратив всяческий интерес к жизни.

Песня «Наутилуса Помпилиуса» «Последнее письмо» (Гудбай, Америка) о прощании с мечтой, не буду в данном случае оценивать характер этой мечты.

Конечно же, в песнях из фильма «Брат-2» звучит тема любви (как же без нее!). Но как странно она звучит! Земфира поет о поиске идеала,  даже об одержимости этим идеалом. Этот поиск длится годами, не прекращается даже ночью. Но когда она его находит, то сходит с ума. А дальше каким-то странным языком, обломанными фразами с потерянными словами, в спешке сообщается, что этот идеал довел до пределов усталости. Вот и вся история любви. Она о чем на самом деле? О беспредельном опустошении. Когда так стремительно рушится идеал, до этого вызывавший вожделение на протяжении долгих лет, то что остается? Ничего. Искать больше нечего. Но если это было целью жизни то, что стало с жизнь?

Но это еще цветочки. Песня «Агаты Кристи» «Секрет» великолепна в своей жуткости. Манера исполнения, музыкальное сопровождение и текст органично создают атмосферу помешательства или ночного кошмара:

Если вдруг замучили тебя

Шорохи ночные в тишине,

Лучше помолись, ведь это я -

Это я уже иду к тебе. ...

Ты любила все свои игрушки,

Ты закрыла маме рот подушкой,

Чтобы никто не выдал секрет,

Чтобы мне никто не дал ответ:

Любишь, любишь, любишь, любишь,

Любишь, любишь, любишь или нет?

Секрет.

Это кто в ночной тишине крадется к своей жертве? И что это за страшная любовь?

Песня группы «Маша и медведи» «Земля» - одна из моих любимых. Это их большая удача и ничего уже лучше они не создали. И в ней речь тоже идет про любовь. Но это, опять же, очень странная, убийственная любовь. Можно представить, что автор образно описал, как солнце по весне растапливает лед на реке. Но эта образность явно привлечена для того, чтобы нарисовать страшную любовь, чьи поцелуи режут как нож, а потом и вовсе уничтожают возлюбленного. Но самое главное сообщается в припеве: «Такая любовь убьет мир». Это явление чего-то тотально смертоносного, с чем автор, буду вдохновленным, а может быть и одержимым, отождествляется...

В интернете пишут, что эта песня, якобы, напророчила гибель съемочной группы Сергея Бадрова младшего, которого накрыло ледником, сошедшим в ущелье с гор ("Залей меня снегом талым") и некоторое время Маша Макарова вроде бы даже избегала исполнять данную песню.

А вот что звучит в песне «Иду» группы «Танцы минус»:

На сердце боль в стакане яд и время крутится назад,

Меня пытаясь обмануть, а я боюсь его спугнуть.

А я боюсь поднять стакан, чтоб опустел тугой капкан,

На раскалённом добела, в моём лице кипит слеза.

Там за белой рекой,

Под прошлогодней листвой.

Я найду твои следы, иду - за тобой...

Тут все почти без намеков: в стакане яд. А время крутится назад тоже не случайно: рассказывают, что, якобы, перед смертью действительно происходит пересмотр прошедшей жизни - «вся жизнь проходит перед глазами». Что касается реки, то следует процитировать «Словарь символов»: «Нередко реки представлялись как границы, преграды, разделяющие миры живых и мертвых, вход в подземное царство, рубеж между своим пространством и чужим». И вот влюбленный, приняв стакан яда, отравляется за белую реку, чтобы уйти куда-то по призрачным следам... Весь вопрос - что это за манящая Она?

Еще одна песня «Агаты Кристи» и тоже про любовь:

Когда взойдёт весна,

И смерти вопреки

Сгорают от любви

Все призраки дворца.

Тысячелетний страх

Колени преклонит,

И мёртвые уста

Словами жгут гранит...

И мёртвый адмирал

Сойдёт со стен к свечам

И пустотой зеркал

Наполнит свой бокал.

И в гробовой тиши

Провозгласит он тост

За упокой души,

За вечную любовь!

Опять присутствует весна. А есть такое явление, отмеченное в суицидологии: пик самоубийств приходится именно на весну. Но что за картина нам рисуется? Что это такое? Призраки дворца, тысячелетний страх, мёртвые уста, мёртвый адмирал и пустые зеркала. И тост поднимается одновременно за упокой души и за вечную любовь. И вечная любовь тут очень близка к вечной памяти, известно в каких случаях употребляемой... А еще говорят о человеке, скончавшемся в юном возрасте, что он останется вечным молодым. И вот в песне группы «Смысловые галлюцинации» звучит: «Вечно молодой, вечно пьяный».

Фрейд наряд с Эросом, волей к жизни, обнаружил и Танатос - волю к смерти. Смерть вполне может стать предметом вожделения, предметом страсти - это совсем не противоречит нашей натуре. И можно даже говорить о странном танатосическом Эросе - о любви к смерти. В одной из книжек мне попалась очень интересная иллюстрация: ангел смерти, изображенный в виде крылатого юноши, нежно целует умирающую девушку... Недооцениваемая нами угроза: смерть не только пугает, она может увлекать.

Но вы не думайте только, что я пытаюсь ворчать, как старый дед: дескать, вот какую муть поют обкурившиеся музыканты. Нет, это не только с ними, это со всеми нами происходит. Но они это смогли почувствовать и передать, пусть даже в таких образах…

Пылающее сердце

Pink Floyd - Welcome to the Machine



[Spoiler (click to open)]
Добро пожаловать, сынок, добро пожаловать в систему
Где ты был? Все в порядке, мы и так знаем, где ты был.
Ты был в колее, убивая время, обеспеченный игрушками
и "Пособием юного скаута"
Ты купил гитару, чтобы причинить боль маме
И ты не любил школу и ты уверен, тебя никто не оставит в дураках
Что ж, добро пожаловать в систему
Добро пожаловать, сынок, добро пожаловать в систему
О чём ты мечтал? все в порядке, это мы сказали тебе, о чём мечтать.
Ты мечтал стать большой звездой, что чертовски круто играет на гитаре
Он всегда ел в стейк-баре. Он любил водить свой Ягуар.
Что ж, добро пожаловать в систему.
Пылающее сердце

Гностицизм в кино: "Рыцарь кубков" Терренса Малика



Вместо пояснения:

"Песнь о жемчужине" — дидактическое сочинение сирийских гностиков, найденное в апокрифических Деяниях апостола Фомы, сохранившееся с очень незначительными ортодоксальными переработками. Название «Гимн Жемчужине» дано переводчиками, в источнике текст озаглавлен как «Песня апостола Иуды Фомы в земле индийской». Из оставшегося фрагмента Деяний, сохранившегося в сирийской и греческой версиях, сирийская ближе всего к первоначальной.

Краткое содержание
Принц приезжает с Востока, чтобы в Египте найти «единственную в своем роде жемчужину, находящуюся посреди моря, вокруг которого лежит змей, отпугивающий всех пронзительным свистом». В Египте он попадает в плен к местным жителям. Они ему дают отведать своих блюд, и принц теряет память и понятие о своей личности. "Я забыл, что я сын короля, и я служил их королю, я забыл о жемчужине, за которой меня послали мои родители, и под влиянием данного мне блюда впал в глубокий сон ". Но родители узнали, что произошло с их сыном, и написали ему письмо. «Твой отец, король королей, и твоя мать, владычица Востока, и твой брат приветствуют тебя, наш сын! Проснись и восстань ото сна и выслушай слова нашего письма. Вспомни, что ты сын короля. Посмотри, в какое рабство ты попал. Вспомни о жемчужине, ради которой ты послан в Египет». Письмо полетело к принцу как птица, опустилось к его ногам и стало словом. «При звуке этого голоса и от шороха письма, я пробудился и сон меня покинул. Я поднял его, прижал к сердцу, распечатал печать, прочитал, и слова этого письма совпали с тем, что было запечатлено в моем сердце. Я вспомнил, что я был королевских кровей, и мое благородное происхождение проявило себя. Я вспомнил о жемчужине, на поиски которой я был послан в Египет, и я стал заклинать змия, отпугивающего всех своим устрашающим свистом. С помощью заклинаний я усыпил его, произнес над ним имя моего отца и, завладев жемчужиной, отправился к отчему дому».
Пылающее сердце

...судьба.

...Пятая симфония Бетховена: мотив судьбы (Сам Бетховен говорил о главном мотиве первой части симфонии: "Так судьба стучится в дверь") - это сила обусловливания, окостенения, охлаждения, стремящаяся превтратить в камень любую вспышку Огненного Духа...