blprizrak (blprizrak) wrote,
blprizrak
blprizrak

Category:

Агония

История нашего государства заканчивается.




Книга Льва Платоновича Карсавина «Культура Средних веков» открывается картиной упадка Западной части Римской империи. Она выглядит, как аналитическое описание состояния современной России. Я для лучшего восприятия разбил этот текст на отдельные пункты, снабдив комментариями.


1. Неограниченная деспотия.
Карсавин пишет: «Во главе падающей Западной Империи стоит “божественный” “государь, разрешенный от уз закона”, разрешенный потому, что “воля государя — высший закон”. Ничем не ограниченный деспотизм отделенного от подданных пышным двором и приличествующим божеству культом, увенчанного диадимой “владыки”, занял место слабого подобия демократии — сенатской олигархии. Государство — его собственность; подданные — его рабы. Опираясь на войско и многочисленную, все растущую бюрократию, двор императора чувствует себя всевластным, и нет сферы жизни, куда бы он не считал себя вправе проникнуть и не проникал, если это ему было нужно и если он мог это сделать. Мелочному надзору подчинены города, уже юристами III в. сравниваемые с опекаемыми малолетними».
Что такое по своей сути «путинизм»? Это типичный деспотизм упадка, характерный симптом умирания. Есть много причин его появления. Одна из них заключается в том, что система теряет свою легитимность и может прибегать только к силовому принуждению. Внутренние связи рушатся, а распадающиеся части приходится как-то удерживать в целостности внешним, всепроникающим насилием. Это очень похоже на то, как аварийное здание начинают снабжать какими-то подпорками, металлическими поясами, чтобы не дать ему рассыпаться.

[Spoiler (click to open)]2. Вымирание.
Карсавин пишет: «Еще дальше идет прикрепляющее к городу “куриалов” государство в надзоре за корпорациями. Оно обращается к принудительным средствам в деле обработки земли, правда — понуждаемое к тому обезлюдением империи и падением земледелия, устанавливает таксы на товары и стремится заставить население торговать».
Демографические проблемы – характерный признак приближающейся гибели. Публицист и писатель Арсений Соболевский пишет на сайте «Эхо Москвы»: «В Древнем Риме не было движения Чаилдфри, но проблема сознательного отказа от детей уже существовала. Древнеримский мыслитель Плутарх в своем трактате «О любви к потомству» сокрушался: «Бедняки не заводят детей, опасаясь, что если те будут плохо питаться и не получат образования, то вырастут невежами, лишенными каких-либо добродетелей». Однако, и состоятельные семьи, увы, не отличались плодовитостью. Историк Полибий с великой печалью писал: «Люди не хотят воспитывать детей и обыкновенно воспитывают одного или двух». Цицерон провозглашал, что Риму нужно «меньше похоти и больше детей», тем не менее, депопуляция , начавшаяся еще в период поздней республики, медленно, но верно толкала империю к краху».
Народ начинает клониться к смерти, и это выражается первым делом в нежелании оставлять потомство.

3. Упадочная бюрократия.
Карсавин пишет: «Но вся политика правительства лишена ясного понимания своих целей и положения страны. Бюрократия размножается не в силу потребностей управления, а по соображениям родства и дружбы, становясь не только органом власти, а и язвою общества».
Республика переводится с латыни, как общее дело. Внутри общества должна существовать общая задача, общая цель, скрепляющая власть и народ. Как только цель исчезает, все превращается в бессмыслицу насилия и злоупотреблений. Подчас бюрократию сильно демонизируют, хотя существование государства без нее невозможно. Но бюрократия времен упадка стремительно превращается в раковую опухоль, пожирающую государство. Все становится средством наживы, а хлебные места - в подобие наделов для кормления, которые передаются в рамках родственных связей, подчас по наследству – от папочки к сыночку.
Приведу фрагмент статьи Евгения Питерского с сайта «Народный журналист»: «Давно не секрет, что в России для построения любой карьеры, не важно — в госслужбе или в коммерции с недавних пор огромную роль играют блат и связи. А роль образования, профессиональных навыков и способностей — для тех же целей — постоянно снижается.
Вот приведу пример из своей практики. Когда я работал на «гражданке», был в параллельном отделе замечательный такой «мальчик». Не имея даже высшего образования, он спокойно сидел попой на должности ведущего экономиста. Но как сидел — это вообще песня! Он приходил на работу на час позже, с неизменным запахом перегара, далее по обстановке — мог дрыхнуть на рабочем месте, мог гонять игрушки в компе, мог свалить с обеда. Ему никто и никогда не ставил никаких задач. Но перед ним все — начиная от начальника его отдела и ниже — ходили на цыпочках. Отмечу, что любого из нас за такое поведение — выгнали бы незамедлительно. Хватило бы и просто одного появления на работе с перегаром и опозданием на час. А этому мальчику все сходило с рук, более того, это происходило ежедневно и весь день он еще и ничего не делал! Вообще ничего! Кроме походов в туалет, курилку и в столовую. Единственные документы, которые он готовил сам и распечатывал на своем принтере — были его ежегодные заявления на предоставление отпуска. Кстати и в отпуск он ходил когда нужно было именно ему, а не нашему начальству. Но это еще не конец. Уже уволившись оттуда, узнал от бывших коллег, что начальника отдела у него выжили и… угадайте кто стал начальником? Ну Вы поняли. А теперь раскрываю секрет успеха. У мальчика были связи. Причем такие, что мог быть звонок через голову нашего директора филиала с его последующим увольнением. Поэтому мальчика этого боялись как огня… Сейчас же блатные мальчики и девочки осатанели настолько, что легко расправляются с теми, кто просто их умнее и способнее. Грубо говоря, идет замена «умных но не вышедших происхождением» на «глупых но со связями» в звене управленческого менеджмента на низшем, среднем и даже высшем уровне, причем, процесс практически одинаков, что в частных конторах, что в государственных. Правда в государственных структурах это явление гораздо ярче выражено».
Понятно – какого рода, какого качества управленцами заполняется система, что усугубляет и без того тяжелые проблемы.

4. Люди - новая нефть.
Карсавин пишет: «Общество все более рассматривается с фискальной точки зрения, и пред лицом запустения империи, стараний разных групп населения убежать от делающихся нестерпимыми налогов, переменить профессию и положение государство знает только одно начало — охранительное, только одно средство — принуждение. Бегут из своего города куриалы — государство прикрепляет их к должности и делает ее наследственной; бегут колоны — оно, не думая, что беглецы, может, лучше устроятся и станут платежеспособное на новых местах, прикрепляет колонов. Так же закрепляются члены корпораций, солдаты, мелкие чиновники».
Идея того, что люди – новая нефть, отнюдь не нова. Упадок экономики, регресс государства приводит к необходимости самого просто извлечения средств для существования – выдавливания денег из людей. А кастовость и закабаление – неизбежное следствия такого вида существования. Чтобы доить корову – ее надо запереть в стойле.

5. Кастовость.
Карсавин пишет: «Общество насильственно вгоняется в рамки кастового строя, что выражается даже в формах внешнего общения — в привязанности к отличиям и титулам, заражающей одинаково и государя и подданных, в разном отношении закона к “honestiores” и “tenuiores” («почетные» и «тощие»)».
Очень знакомое явление? Закон вроде бы и существует, но он применяется очень не одинаково к представителям различных каст.
Сайт «Военное обозрение28 февраля 2018 г. опубликовал статью под заголовком «Культ власти и касты неприкасаемых – следующий этап развития России». В ней говорится: «22 февраля, Санкт-Петербург. 34-летний задержанный Руслан Клычев «самоубился» в изоляторе. Хотя перед этим в соцсетях рассказывал о том, что его задержали ни за что. Да, СК дело возбудил. По статье «халатность». Проглядели, понимаешь, как Клычев самоубийство осуществил. Накажут, наверное, виноватых. Премии лишат квартальной точно.
Да, и закончик-то весьма неплохой такой придумали. Пользуясь этим законом, наши правоохранители народ за решетку заряжают только держись. Это о сопротивлении и угрозах жизни. Десятки случаев по стране. Да и мы об одном рассказывали. Жителя Липецка Горина ФСБ прессует и, видимо, посадит. За угрозы. Штурмовая группа из 3-х человек, 2 понятых, 2 представителя ФСБ. И всем им один коллекционер ограбленный угрожал. Ударяясь головой об стены, орал, что жизни всех лишит.  А пять правоохранителей ну настолько этим были напуганы, что ни протокола не составили, ни камеры не включили, ни диктофоны. Только потом, когда ограбленный Горин начал жалобы писать, дружно заблеяли про угрозы. Но есть такая уверенность, что Горин сядет.
О судах.
Всем, наверное, понравилась новая хохма от наших властей. Тут, простите, Украина отдыхает. «Россияне! Будьте особенно внимательны при переходе проезжей части! За рулем пьяные судьи!» Впору такое, простите, вешать. Мало того, что раньше судей регулярно задерживали и пытались привлечь, теперь – все. Лавочка закрыта. Останавливает сотрудник ДПС машину, которая зигзагом едет, а оттуда вместе с перегаром – судейское удостоверение.  Все, надо под козырек взять и пожелать счастливого пути. Судья едет… На суд давить нельзя. Это судейские имеют право переехать кого угодно.
Странное ощущение складывается. Получается, тем, кому повезло попасть в обойму «царской опричины», тем можно все. Тут даже без зависти, чисто констатация факта. Можно воровать из бюджета, можно плевать в лица всем без исключения, можно плюнуть на закон. … Вообще, складывается впечатление полное, что царь-батюшка, вкусив плодов работы, решил, что надо бы и верную опричнину побаловать. Льготы да зарплаты – это уже мелочи, денег у всех валом. Вон какие свадебки закатывают в Краснодарском крае, любой бухгалтер обалдеет. Надо верной опричнине тоже дать такие права, чтобы смерды да холопы даже в мыслях не держали поперек сказать или сделать. Не холопское это дело, власть на правеж звать. Губернаторам, заместителям – неприкосновенность и неподсудность. Прокуратуры и суды — неприкосновенность и неподсудность.
Мэрам, депутатам – неприкосновенность. ФСБ, ФСК, ФСО, ФСИН… Короче, все федеральные службы – неприкосновенность. СК, МВД – неприкосновенность, судить их и так не судят. Нормальный расклад?»

 6. Раздувание бюрократии.
Карсавин пишет: «Правительство знает, что его бюрократический аппарат действует плохо, знает о вопиющем грабительстве чиновников и умеет бороться с этим только бесконечным повторением угроз и увеличением бюрократии в целях бесполезного надзора».
Деградирующий аппарат становится все менее эффективен в исполнении любых указаний. Он все больше жрет, а не работает. Попытки с помощью новых бюрократических структур контролировать старые, приводит лишь к раздуванию аппарата, а не к изменению его качества. Прожорливая бюрократия расползается, как раковая опухоль, уничтожая остатки здорового организма.

7. Акцент на внешней политике.
Карсавин пишет: «За немногими исключениями, государи и “государственные люди” конца империи обнаруживают полное отсутствие духа творческой инициативы и ясного понимания действительности. К тому же, внутреннее управление делается лишь средством для внешней политики, великодержавной по традициям, бессильно уступающей — в лучшем случае за формальное признание верховенства Рима — все новые и новые области варварам и обороняющей быстро суживающиеся границы».
По мере того, как дела внутри страны принимают все более неприятный оборот, единственной отдушиной становится внешняя политика. Постоянные разговоры о том, «как на Украине», а «вот у них там» и т.д. Бесконечная операция в Сирии, странные вылазки в Африке, жажда вырваться из стен умирающей государственности, становящейся все больше похожей на склеп. Но при всей этой псевдовеликодержавной риторике («Можем повторить!»), парадах в честь давних побед, чьи плоды давно утрачены и распроданы, - положение по периметру становится все тревожнее. Активность Турции с далекоидущими планами, тень талибана, приближение НАТО, - на все это дряхляющая, съедающее себя власть не может дать полноценного ответа. В лучшем случае – можно лишь немного оттянуть время от того неизбежного момента, когда начнутся очень нехорошие истории.

8. Власть силовиков.
Карсавин пишет: «Великодержавие становится бледною, хотя еще и прекрасною мечтою, а реальная власть переходит в руки “военной партии”».
И это происходит не случайно. По мере того, как реальная политика умирает, а иных средств, кроме насильственного принуждения и откровенного запугивания не остается, «силовики» приобретают все больше влияния. Государство фактически начинает жить в режиме «внутренней оккупации».
Приведу фрагмент статьи политолога Аббаса Галлямова с «Росбалта»: «Единственным игроком, который сможет по-настоящему эффективно гарантировать лояльность региональных элит центру в новых условиях, окажутся силовики. Они, безусловно, это понимают, поэтому их независимость от Кремля будет усиливаться. В конце концов, если кто и способен компенсировать рейтинговые потери и усиливающийся протест, то это генералы. Значит, им и предстоит «спасать Россию» — а для этого нужны ресурсы и полномочия». Как эти генералы будут «спасать Россию» – уже очевидно…

9. Угасание общественной жизни.
Карсавин пишет: «Централизация и бюрократизация империи вместе с проникновением деспотизма во все сферы жизни знаменуют собою падение политической и всякой иной инициативы всех общественных классов и групп и даже отдельных лиц, а бюрократический дух убивает политическую инициативу самой бюрократии вплоть до высших ее слоев, где карьеризм приходит на смену политической деятельности».
Всяческий смысл стирается, все сводится к чисто животным, примитивным, кишечнополостным функциям. Слепые черви пожирают остатки некогда величественного организма.

10. Региональные элиты.
Карсавин пишет: «Провинциальные магнаты ... с горечью смотрят на падение мощи империи, с ужасом — на бурные волны варварских нашествий, бессильно мечтая о былой “доблести” римлян. Но им чужд действенный общеимперский патриотизм. У этих политиков-мечтателей местный патриотизм на деле всегда преодолевает общеимперский, а личные экономические и культурные интересы преодолевают патриотизм местный».
Это так разлагается – местный патриотизм побеждает гаснущий имперский, а, в свою очередь, местный патриотизм побеждается желудком. Все несется к распаду, и катастрофа маскируется лишь внешним деспотизмом, пока он еще в силах сдерживать уже никак не связанные части некогда единого целого.

11. Смерть патриотизма в широких массах.
Карсавин пишет: «В широких слоях населения, ведущих глухую борьбу с государством за свое благосостояние, нет и такого патриотизма. В массах, чувствующих гнет государства, думающих, что оно со своими благами и блеском существует лишь для богатых, видящих даже в истязаемых властью куриалах только тиранов, нечего искать жертвенного патриотизма. Массы не видят в имперском единстве пользы для себя. Они готовы приветствовать несущих им облегчение от фискального гнета варваров, ждут и жаждут их прихода и, как галльские “багауды”, переходят на их сторону».
По мере того, как власть принимает все более силовые и оккупационные формы, по мере того, как она превращается в закрытую касту избранных, сама идея государственности все более становится чуждой для людей. Символика государства, мундиры, чины – уже выглядят символами скорее чуждой, враждебной, ненавистной силы. Пропасть между народом и властью приобретает непреодолимый характер. Идея гибели такого государства уже не пугает, а становится желанной.

12. Регресс.
Карсавин пишет: «Легкость и быстрота перехода к более простым формам экономического быта свидетельствуют о том, как мало в империи жизненной экономической силы, уменья и желания оценить хозяйственную культуру, как мало экономической инициативы, как велика “атония” (атрофия мышц) и в этой области жизни. Дело не в том, что хозяйственные бедствия, нашествия варваров и гнет деспотизма убивали жизнь, а в том, что не было сил и желания бороться с этим».
Разве мы не наблюдали все эти годы реформ упрощение экономической жизни, когда на руинах больших заводов стали вырастать торгушки? «Новые Известия» сообщили 20 января 2019 г.: «За 25 лет в России закрыты около 80 тысяч заводов и фабрик».  На сайте ЦарьградТВ доктор экономических наук профессор МГУ Елена Ведута пишет: "Сейчас Россия связана по рукам и ногам: у нас есть много контрактов, много обязательств по экспорту сырья. За годы «независимости» макроэкономические пропорции нашей страны радикально изменились: у нас значительно уменьшилась доля реальных инвестиций в развитие производства и настолько же увеличилась доля, которую мы отдаем на экспорт. Мы увлеклись экспортом вместо развития своего производства, и за это нам придется платить. Да, может, мы и создадим за счет бюджета некие стартапы, нанотехнологии и т. д., но наша устаревшая производственная система это все не воспримет. Для внедрения новых технологий требуется совершенно другого качества сырье, совершенно другие машины, которых мы не произвели. Значит, продадим на Запад то, что создали, и деньги положим в личные карманы". Владислав Иноземцев пишет на сайте «Forbes»: «Даже когда в России активно говорили о модернизации, никто не ставил вопрос о локализации производства высокотехнологичной продукции, и якобы российский YotaPhone производился на Тайване. Мы по-прежнему добываем и продаем за рубеж нефть, газ и металлы (в 2016 году они обеспечили 62% экспорта), а ввозим машины, оборудование и транспортные средства (на них пришлось 50% импорта). При этом если в последние годы существования СССР страна так или иначе присутствовала на глобальном рынке готовой технической продукции, то сейчас лейбл Made in Russia в мире практически не встречается».
Tags: видео, статьи
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments