blprizrak (blprizrak) wrote,
blprizrak
blprizrak

Categories:

Крах проекта

В чем сейчас главная и усугубляющая проблема нашей страны (стремительно усугубляющаяся, судя по тому, как развиваются события)? В том что Россия существует в рамках полностью исчерпавшего себя проекта. Проект интеграции в Запад – лопнул. Все сказочки на этот счет (в том числе последние надежды на пришествие Трампа) рассеялись как дым…
А ведь казалось, что вот были противоречия двух систем – идеологические, экономические. И если их полностью снять, то какие могут быть сложности? Спускаем красный флаг и строим капитализм, и западные братья принимают нас в свои объятия. Мы же станем такие же. Но оказалось, что даже с ликвидацией советской системы и идеологии, мы для Запада – фундаментально иное, чужаки. Есть в России нечто, что даже в таком виде неприемлемо.
Конечно, внутри самого Запада много противоречий, и можно долго перебирать все прелести взаимоотношений британцев, французов и немцев, которые, как мы знаем, вовсе не были идиллическими. Но помимо этих противоречий и есть некое общее отторжение иного, каким примером было  в свое время отношение к Византии. Византийцы называли себя ромеямия, т.е. римлянами, они были христианами, но при всем при этом для Запада это был чуждый, отторгаемый мир, который вызывал одновременно зависть и ненависть, утоленные только разграбление Константинополя. Для современного Запада – мы такая же Византия, даже если мы упакованы не в советскую идеологию, а в рыночные формы. В общезападном сознании уходят на задний план все внутренние противоречия перед ощущением нашей чуждости. Мы иные, другие. И внешнее сходство (которого нет в случае индийцев или китайцев) только усугубляет это противоречие. Ворона не пугает, т.к. она другая, но некое существо, похожее на человека будет пугать сильно, до дрожи в коленках, и чем больше оно на него похоже – тем страшнее. Почти как человек, но не человек. Эта грань оказалась непреодолимой и мы в нее уткнулись.
[Spoiler (click to open)]А для вхождения в Запад, для обретения полного сходства с ним в печь было брошено очень многое. И все ради ради того, чтобы интегрироваться… Весь вопрос – куда именно интегрироваться? Одна из любимых фраз либерастов в различных спорах звучит примерно так: «Весь мир живет по законам рыночной экономики, а вы тут пытаетесь придумать что-то свое, особое!» Но если поглядеть на то, как живут различные страны, то заметно, что они очень сильно различаются – по уровню жизни, по структуре экономике и характеру власти. В Зимбабве живут не так, как в Британии, хотя в Зимбабве тоже рыночная экономика. А почему так происходит? Почему волшебство рыночных механизмов, которое все расставляет по своим местам, не действуют в Нигере, Зимбабве или Бурунди? Потому, что там живут недочеловеки? А ведь причины этого совершенно понятны и уже описаны…

Фернан Бродель пишет в «Динамике капитализма»: «Наша задача состоит в том, чтобы показать, каким образом последовательный ряд миров-экономик, создававшихся на основе Европы и европейской экспансии, объясняют — или не объясняют — игры капитализма и его собственную экспансию. Эти типичные миры-экономики явились матрицами европейского, а затем и мирового капитализма».
И он описывает структуру этих миров-экономики: «Мир-экономика всегда имеет полюс, центр, представленный господствующим городом, в прошлом городом-государством, ныне — столицей, я хочу сказать — экономической столицей (в США — это будет Нью-Йорк, а не Вашингтон).
Далее, вокруг срединной зоны располагаются промежуточные зоны. И, наконец, следует весьма обширная периферия, которая в разделении труда, характеризующем мир-экономику, оказывается не участницей, а подчиненной и зависимой территорией. В таких периферийных зонах жизнь людей напоминает Чистилище или даже Ад.
Те, кто живет в центре или вокруг центра мира-экономики, по-прежнему обладают всеми правами над другими. И здесь возникает второй из поставленных выше вопросов: вопрос членения любого мира-экономики на концентрические зоны, все менее благополучные по мере удаления от процветающего центра. Блеск, богатство, радость жизни соединяются в центре мира-экономики, в его сердце. Именно здесь, под солнцем истории, жизнь обретает свои самые яркие цвета; цены здесь высоки, но высоки и доходы, здесь вы найдете банки и лучшие товары, самые выгодные ремесленные или промышленные производства и организованное на капиталистический лад сельское хозяйство: отсюда расходятся и здесь сходятся дальние торговые пути, сюда стекаются и драгоценные металлы, сильная валюта, ценные бумаги. Здесь образуется оазис передовой экономики, опережающий другие регионы. Это высокое качество жизни заметно снижается, когда попадаешь в соседние страны промежуточной зоны, постоянно соперничающие, конкурирующие с центром. Там большинство крестьян лишены свободы, там вообще мало свободных людей; обмены несовершенны, организация банковской и финансовой системы страдает неполнотой и нередко управляется извне».


Так куда реформаторы интегрировали Россию? Ведь понятно, что речь не шла о том, что нас пустят в Центр, но наши господа были согласны и на периферию. Именно этим и только этим объясняется яростная, не имеющая аналогов деиндустрализация начавшаяся в стране. Все, доставшиеся от СССР структуры независимого мира – сносились в духе религиозной войны. С такой же яростью церковь когда-то уничтожала языческие храмы. Именно поэтому надо было сносить свой авиапром и закупать Боинги. Именно поэтому разлагали армию и демонтировали науку, образование. Потому что ничего больше не надо было.
Этот дух «либеральных» реформ особенно ярко вырисовывается, если сравнивать их с реформами Петра Первого. Император тогда тоже казалось бы проводил прозападные реформы, но при этом он ведь делал нечто прямо противоположное. Он строил заводы, создавал флот, новую армию, он совершенствовал образование. А потому что цель у Петра была другая! До нас дошла фраза когда-то будто бы сказанная Петром и записанная Остерманом: "Нам нужна Европа на несколько десятков лет, а потом мы к ней должны повернуться задом". Но лучше всяких фраз говорят дела: Петр понял, что перед лицом Запада, этого энергичного мирового феномена, нет иного способа сохраниться, как вобрать в себя саму эту западную энергию. И тут конечно надо было не просто новые пушки отливать или корабли строить, надо было изменить сам дух, поднять Россию на дыбы, иначе и пушки не помогли бы. А как только Россия набралась сил, Петр дал в зубы Западу, да так, что желание сюда соваться пропало очень надолго. Вот именно поэтому при всех западных реформах Петр Первый остается одним из гениальнейших патриотов в нашей истории.
А в 90-е цель была иная: сдавалось все, чтобы пролезть в Запад пусть даже через задницу, через задний проход. Относительно цены ясность была еще до начала реформ. Спорят, говорила или нет Маргарет Тэтчер о том, что в России должно остаться 15 миллионов человек. Но потом в ходе реформ заговорили уже сами реформаторы. В.Полеванов рассказывает: "Когда я пришел в Госкомимущество и попытался изменить стратегию приватизации, Чубайс заявил мне открытым текстом: "Что вы волнуетесь за этих людей? Ну, вымрет тридцать миллионов. Они не вписались в рынок». И сколько в ходе реформ должно было не вписаться в рынок? Для начала 30 миллионов. А потом? Но они согласились платить эту цену интеграции в Запад, и в первую очередь речь конечно же шла об интеграции российской элиты, она должна была стать частью «мирового сообщества». Как говорит таксист в «Брате-2»: «А где твоя Родина, сынок? Сдал Горбачев твою родину американцам, чтобы тусоваться красиво». Акционеры ОАО Газпром (и других ОАО) хотели тусоваться на Западе красиво, как свои…
А что пошло не так в этом сценарии? То, что Запад потребовал в итоге не просто интеграции, но и закрытия конторы по имени Россия. Но если контора закрывается то что же будет с конторщиками? «Цирк сгорел и клоуны разбежались». И конторщики поняли, что они окажутся в положении Оси Бендера переходящего советско-румынскую границу. И дернулись. И в припадке испуга стали бросать в «дорогих партнеров» бутылками… От чего «партнеры» пришли только в большую ярость: «А че ты дергаешься? Че ты целку то из себя строишь?» Дескать, вы, господа, значит капитулировали, изъявили всяческую готовность содействовать процессу, а теперь устраиваете тут сомнительное «вставание с колен», что за гнилой базар такой пошел?
И ситуация стала резко обостряться, и вот мы балансируем почти на грани прямого столкновения. Как в Карибском кризисе. Ничего себе – итог интеграции!  Мы оказались в остром конфликте с Западом, но вся российская система выстроена не для конфликта, а для интеграции в Запад! Вырастили целые поколения «чикагских мальчиков» для России, которые воспитывались как американские морпехи для одной-единственной цели. Они не могут мыслить понятиями патриотизма, в их мозгу нет такого чипа, чтобы осуществлять подобные задачи. Это солдаты, натасканные для того, чтобы окончательно упаковать Россию в мировую периферию. Как они могу решать проблему противостояния с Западом? Подобная система в таких условиях сходит с ума или начинает бунтовать.
И в этой ситуации уже невозможно длить путинское загадочное молчание, время чтобы хоть что то сделать для спасения – совсем немного… Еще немного такого молчания – и партия сыграна.
Tags: Запад, Россия, статьи
Subscribe

  • Они заботятся о нас

    Аттракцион неслыханной щедрости во имя нашего спасения. Недавно… о, есть такое классное русское слово – надысь! Так вот: надысь…

  • Россия в гробу

    Праздник, я кушаю куличек с чайком и думаю, а мысли не праздничные, хотя погодка за окном чудесная. Есть советский фильм по мотивам одноимённой…

  • Пункт назначения

    Мне в свое очень понравился фильм «Пункт назначения» - первый. Произвел сильное впечатление. Это потом стало превращаться в сериал, с…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments