blprizrak (blprizrak) wrote,
blprizrak
blprizrak

Categories:

О неизвестных снайперах



Киевская хунта поспешно заметает следы своих преступлений, обвинив бойцов «Беркута» в расстреле демонстрантов. На самом деле эскалация конфликта (в которой не были заинтересованы представители МВД) с помощью снайперов – старая, отработанная техника.

Николай Стариков пишет: «Когда в столице Украины появились первые жертвы снайперов, стало ясно, что это классическая провокация. Трупы демонстрантов — обязательный атрибут революции. А иначе как завести толпу и объяснить ей, что «режим» «кровавый»? О «неизвестных снайперах» я писал неоднократно. Сценарий всегда один и тот же: стрельба по манифестантам с последующим нагнетанием истерии.  «Неизвестных снайперов» мы видели уже в Сирии, Ливии, Йемене, Египте. Чуть ранее в Киргизии и Тайланде, еще ранее в 1993 году в Москве, а в 1990 году в Вильнюсе.
«Запад делает всё возможное ради дестабилизации ситуации в Сирии, сказал телеканалу «Russia Today» писатель и журналист Вебстер Тарпли. По его словам, мирным гражданам приходится иметь дело с эскадронами смерти и террором, который характерен для ЦРУ. «Обычные сирийцы из всех этнических групп говорят обо всём этом, что в них стреляют снайперы. Люди жалуются на то, что работают снайперы-террористы, которые открывают огонь по гражданским без разбора только для того, чтобы дестабилизировать страну. Я бы не называл всё это гражданской войной – это очень сбивающий с толку термин. То, с чем здесь приходится сталкиваться – эскадроны смерти, террористы-диверсанты – это типичный метод работы ЦРУ. В данном случае, это совместное предприятие ЦРУ, МИ-6 и Моссада с деньгами, приходящими из Саудовской Аравии, Объединённых Арабских Эмиратов и Катара», – пояснил он.
А. А. Потапов пишет в книге «Искусство снайпера»: «В мировой практике полиции и спецслужб есть один неприятный момент, вернее, гадкий политический прием всякого рода оппозиции – «бой в толпе». Заключается он в том, что при проведении массовых мероприятий — митингов, демонстраций и т.д., — когда страсти накаляются, провоцируется драка. В ряды полицейских забрасывается петарда. Создается грохот. Под этот грохот снайпер оппозиции с чердака или другого удобного для стрельбы места подстреливает любого непричастного к событиям зеваку, оказавшегося вблизи побоища. Толпа звереет. Снайпер не обязательно выстрелит в обывателя. Снайпер может застрелить оратора на митинге, которого «подставит» оппозиция. Снайпер может подстрелить какое-либо высокопоставленное или влиятельное лицо, присутствующее на массовом мероприятии (которое тоже подставит оппозиция). Кто-то бросает гранату. Начинаются хаос и давка. Во всех жертвах оппозиция обвиняет власти. Кровавый конфликт — лучшее средство, чтобы сдвинуть с места политическую инертность населения. Главное, чтобы этот лед тронулся (всем знакомая фраза), а далее политические события будут разгоняться безумной энергией масс, которые всегда и при любом политическом режиме будут чем-то недовольны. Потом, разумеется, все вернется, как и было, но уже при новых политиках. Дуракам этого никогда не понять. Такие события время от времени происходят в различных точках земного шара. Мерзость эта докатилась и до нас».

Вильнюс, 1991 год
Журналист «Комсомольской правды» Галина Сапожникова пишет в статье «Неужели в 1991-м в Вильнюсе «свои стреляли в своих»?»: «В январе 1991 года в литовской столице возле телебашни была осуществлена кровавая провокация, которая в последнее время активно тиражируется в арабском мире. Смысл провокации прост: специально расположенные стрелки – снайперы убивают протестующих демонстрантов, а ответственность возлагается на власть.
В ноябре 2010-го молодой литовский политик Альгирдас Палецкис в одной литовской радиопередаче, касающейся тех событий, сказал вслух то, о чем в Литве боялись говорить даже шепотом: «Как сейчас выясняется, свои стреляли в своих». И Палецкиса начали судить — за отрицание советской агрессии...
Но удивительно было даже не это: дело в том, что Альгирдас Палецкис не был первым — он лишь повторил то, что в Литве известно давно и многим. Сначала об этом в 2004 году в книге «Корабль дураков» написал литовский писатель Витаутас Петкявичус, который, будучи одним из прародителей «Саюдиса», позже полностью в нем разочаровался: «На совести Ландсбергиса и Аудрюса Буткявичюса (тогдашний директор Департамента охраны края) — кровь тринадцати жертв. Это по их воле несколько десятков переодетых пограничников были размещены в вильнюсской телебашне. Они стреляли сверху вниз по толпе боевыми патронами. Я собственными глазами видел, как отскакивали от асфальта пули и пролетали рикошетом мимо моих ног. О том, как все было, мне рассказывали и несколько пограничников...»
«Почему же вы столько лет молчали?» — потерянно задавала я один и тот же вопрос литовцам.
Ответ по-настоящему впечатлял: «Потому что хотели независимости», — отвечали мне при включенном диктофоне.
«А почему сейчас начали говорить»?
«Потому что независимость оказалась хуже русского гнета», — говорили при выключенном...
Чтобы понять, что имеется в виду, надо пояснить, как выглядит сегодняшняя литовская реальность. За 20 лет независимости население Литвы уменьшилось на 700 тысяч человек — на 23%! Эта брешь ощущается даже на улицах — они пусты. Уничтожены практически все промышленные заводы-гиганты, построенные во времена СССР. Почти забыто понятие «литовский трикотаж». Про телевизоры «Шилялис» и холодильники «Снайге» никто и не вспоминает. Литовские бабушки — и те перестали вязать носки и беретки. Согласно последнему социологическому опросу, 70% жителей Литвы предпочли бы независимости экономическое благополучие. Обнаружив это, некоторые здешние аналитики предположили, что народ просто неправильно понял вопрос...
— Около полумиллиона людей выехали за границу. Очень много безработных. Производства нет. Промышленности практически не осталось. Беднота появилась — этого раньше никогда не было, чтобы люди копались в мусорных ящиках. Сейчас миллионеры плавают на яхтах, а инженеры продают собачьи ошейники, — с горечью рассказывал в интервью предпоследний председатель литовского КГБ Эдуардас Эйсмунтас.
Из известных миру литовских брендов осталась только вильнюсская телебашня — символ борьбы за свободу. Если Литву этого символа лишить, не останется ничего — ни борьбы, ни свободы. Поэтому битва за нее будет страшной».

Москва, 1993 год
Марк Дейч 30 марта 2000 года опубликовал в « Московском Комсомольце» (№ 619) статью под названием «Снайперы в октябре. Сколько их было? Кто они? Откуда?» В ней говорится:
«Это одна из самых загадочных страниц октябрьских событий десятилетней давности. И до сих пор она остается загадкой. Конечно, не единственной. К примеру, на вопрос о количестве погибших и раненых есть множество ответов. А это значит, что скорее всего ни один из них не достоверен. Однако на некоторые вопросы ответов нет вовсе, и подступиться к ним практически невозможно. Прежде всего я имею в виду снайперов, о роли которых в те октябрьские дни так много позже говорилось практически во всех СМИ. Кто они, эти снайперы? Сколько их было? Откуда они взялись? И куда делись потом, когда все было кончено? И почему ни один из них не был пойман?
B книге “Записки президента” Борис Ельцин пишет о том, что 4 октября спецподразделения “Альфа” и “Вымпел” отказались подчиниться приказу штурмовать Белый дом. Уговорить их должен был Михаил Барсуков — генерал-лейтенант, начальник Главного управления охраны президента:
“Барсукову с трудом удалось их убедить хотя бы просто подойти к “Белому дому”, — вспоминает Ельцин. — То, что они находятся где-то рядом, психологически будет давить на засевших в здании, они раньше сдадутся... Тактика была у Барсукова простая: пытаться подтягивать их как можно ближе к зданию, к боевым действиям. Почувствовав порох, гарь, окунувшись в водоворот выстрелов, автоматных очередей, они пойдут и дальше вперед”.
Однако и подойдя к Белому дому, спецназовцы вовсе не торопились идти на штурм. Вот тут-то — очень вовремя! — выстрелом снайпера был убит младший лейтенант Сергеев.
“После того как бойцы “Альфы” узнали о том, что погиб их товарищ, — продолжает Ельцин, — многих не надо было уговаривать. Почти вся команда пошла на освобождение “Белого дома”. Во главе “Альфы” шли Барсуков и начальник президентской охраны Александр Коржаков”.
Что это был за снайпер, Ельцин не уточнил. Из контекста нужно было понять так, что речь идет о снайпере, стрелявшем из Белого дома.
Год спустя после этих событий (в 1994-м) на мою долю выпала редкая удача. На мои вопросы согласился ответить человек, чью фамилию и даже имя я обещал не называть ни при каких обстоятельствах. Мне было позволено сообщить о нем лишь то, что он — высокопоставленный сотрудник спецслужб, и та часть информации (насколько я понял, весьма незначительная), которой он со мной поделился, получена им от его подчиненных и коллег — таких же профессионалов, как и он сам. По условиям нашей договоренности, даже голос его на пленке был мной изменен — интервью с ним было передано в эфир в октябре 1994 года на волнах радио “Свобода”, где я в то время работал.
Многое из того, о чем вы сейчас прочтете, может показаться невероятным даже спустя 10 лет. Ни подтвердить, ни опровергнуть эти сведения я не могу. А моему собеседнику не было нужды что-либо подтверждать. Он просто сообщил мне то, что считал возможным. Кстати, он и сегодня продолжает работать в той же спецслужбе — профессионалы его уровня нужны всегда.
* * *
— Что вам известно о снайперах, которые были задействованы в событиях 3—4 октября?
— По официальным и неофициальным оценкам, в Москве в те дни действовали 100—110 снайперов-профессионалов. Есть версия, будто это боевики, прибывшие из Абхазии и Приднестровья. Действительно, профессионалы там есть, но их немного. Согласно данным, которыми я располагаю, в Москве их было 8—10 человек.
— Не больше?
— Не больше. Их, профессионалов, и вообще-то мало. Кроме того, даже в поезде провезти снайперскую винтовку весьма затруднительно. Это не укороченный десантный автомат, это не АКС.
— Может быть, это были снайперы из бывших “афганцев”, которых привел к Белому дому Котенев? (подполковник запаса А.Котенев, председатель союза ветеранов Афганистана. Его “афганцы” выступили тогда на стороне Бориса Ельцина. — М.Д.)
— На мой взгляд, нет. Я сам неплохо стреляю и знаю, что для подготовки и тренировки снайперу необходимо хотя бы раз в неделю практиковаться. Бывшие “афганцы” такой возможности не имели. Кроме того, когда они пришли к Белому дому, их вооружили помповыми ружьями и АКС. Снайперских винтовок у них не было.
— Согласно нехитрому подсчету, всего “октябрьских снайперов” было 20—25, ну 30. Но не 100—110! Откуда же взялись остальные?
— Начну с того, что это были настоящие профессионалы. Лейтенант группы “А”, которую журналисты окрестили “Альфой”, Сергеев, был убит пулей, которая попала между верхней границей бронежилета и нижней границей сферы. Для людей гражданских объясню: сфера — это специальный защитный шлем у спецназовцев. По сведениям от трассологов, выстрел был произведен из технического помещения фабрики имени Капранова, которое находится рядом с Белым домом. Это помещение долгое время использовалось КГБ СССР для наблюдения за американским посольством. Комната в этом помещении была оборудована еще 27 сентября.
— Чем оборудована?
— Всем необходимым для посменного дежурства снайперов.
— Что представляет собой граница между верхней частью бронежилета и сферой? Доступна ли она рядовому стрелку?
— По тем данным, которые я получил, у Сергеева этот промежуток составлял около двух сантиметров. Попасть в него может только профессионал высочайшего класса.
Другой факт. 119-й Наро-Фоминский полк, выведенный еще до октябрьских событий из Прибалтики (об этом мало кто знает — этот полк именовался еще “ачаловским”, поскольку до этого им командовал Ачалов, назначенный позднее Руцким министром обороны Белого дома. Полк шел на помощь Руцкому. Именно это давало основание Ачалову докладывать депутатам в Белом доме и Руцкому о том, что к ним спешат “верные” войска), — так вот, когда этот полк подошел к Белому дому, снайперскими выстрелами были убиты старший лейтенант Красников, рядовой Коровушкин и ефрейтор Хихин. Кто в них стрелял?
— После этого, как я понимаю, настроения в 119-м полку резко переменились?
— Правильно.
— Вы так и не сказали о том, откуда же взялись все эти снайперы.
— В качестве ответа я предложу вам несколько разрозненных фактов.
В августе один из близких Коржакову людей, генерал Просвирин (генерал-майор Борис Просвирин, заместитель начальника охраны Президента РФ. — М.Д.), через швейцарскую резидентуру установил неформальные контакты со спецслужбами нескольких европейских государств. 17 сентября с Кипра в “Шереметьево” прилетели несколько групп туристов, среди которых были только мужчины. Документы о прилете этих групп почему-то не сохранились.
— Откуда Вы знаете, что — не сохранились?
— Так меня информировали мои люди. Как и о том, что не сохранились документы на прилет некоей команды по регби, которую, если я не ошибаюсь, 27 сентября в аэропорту “Шереметьево” встречал сам Коржаков. Ни по линии спорткомитета, ни по линии каких-либо спортивных клубов никаких соревнований по регби в тот период не было. До встречи этой группы сначала Коржаков, а потом Просвирин на оружейном складе милиции особого назначения в Реутове получили снайперские винтовки СВД.
— В каком количестве?
— По той информации, которую получил я, — 50 и 52 винтовки соответственно.
Вот еще один факт. В гостинице “Мир”, откуда — уже после убийства Сергеева — шла стрельба по группе “Альфа”, впоследствии в одной из комнат были обнаружены четыре трупа. Один из них — в форме подполковника милиции. По данным моих информаторов, этот человек являлся сотрудником Главного управления охраны. Трое других — в штатском, без документов.
— С оружием?
— Неподалеку от них были обнаружены две снайперские винтовки СВД. Кому они принадлежали, сказать невозможно, поскольку следственные действия по поводу гибели этих людей, насколько мне известно, не проводились.
Я хорошо помню румынские события. Там снайперы, тоже не пойманные и никем не виденные, расстреливали обе противостоящие стороны — чтобы таким образом развязать руки более сильной стороне. Между собой мы этот прием условно называем “пикадилья”. Во время корриды есть люди, которые маленькими дротиками специально злят быка, чтобы против тореро он казался более разъяренным. Зрителям кажется, что из-за этого бык становится страшнее, а на самом деле — безопаснее.
Еще один любопытный факт. Сразу же после октябрьских событий Москву покидали группы мужчин, среди которых можно было узнать тех, кто прилетал в качестве регбистов или туристов с Кипра. Они уезжали поездами на Варшаву, Берлин и Бухарест. Причем ехали они в тех купе, билеты в которые по заведенной много лет назад практике продавались по брони КГБ...
— Версии в данном случае — дело неблагодарное и даже опасное. Однако допустим — я подчеркиваю: допустим, — эти люди, которые прилетали в Москву накануне октябрьских событий и уезжали по брони КГБ, и были теми неведомыми нам снайперами. Подобное использование профессионалов-иностранцев — насколько распространена такая практика во взаимоотношениях между спецслужбами?
— Мне известны случаи, когда корпоративность спецслужб оказывалась намного сильнее политических связей глав государств. Мне также известны случаи, когда специалисты из российских спецслужб своим физическим участием помогали в борьбе с организованной преступностью в европейских государствах, где наши соотечественники были задействованы против так называемой “русской мафии”».
Subscribe

  • Они заботятся о нас

    Аттракцион неслыханной щедрости во имя нашего спасения. Недавно… о, есть такое классное русское слово – надысь! Так вот: надысь…

  • Оголтелый бред

    Читая официальные сообщения Моя страница ВКонтакте Я человек некомпетентный в области медицины. И что лично думаю про пресловутый ковид…

  • Скука безнадежности

    Современность, как ловушка. В очередной раз проявил интерес к Древнему Египту. И решил посмотреть - что есть на YouTube по этой теме; нашёл…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments