October 29th, 2017

Пылающее сердце

О выборах

Есть такой сериал - «Кости», в каждой серии которого ищут преступника по сгнившим останкам жертвы. И разговор о выборах чем-то похож на подобный поиск: тема выборов уже давно сдохла, протухла, сгнила, все что возможно обглодали черви, и уже говорить, кажется, не о чем - не осталось самого предмета разговора. Но мы оказались накануне очередных эпохальных выборов, начинаются какие-то обсуждения и хочется что-то в этот диалог добавить... Сразу признаюсь, что не могу высказывать объективные суждения по этому вопросу, я недостаточно компетентен и признаюсь в этом сразу и категорически. Все что я выскажу - лишь субъективное мнение по данному вопросу, скорее всего крайне предвзятое и в корне неверное.
Я пытаюсь размышлять. Чем по идее должны быть выборы - в общих чертах. В демократическом обществе они играют роль своеобразного амортизатора. Это не значит, что все очень просто, кого захотел, того и выбрал, там все сложнее. Но в этой конструкции есть механизм, который позволяет под давлением общества всего лишь немного, совсем чуть-чуть сдвигать систему влево или вправо. Общество таким образом видит действие обратной связи, что оно что-то значит, может на что-то воздействовать вполне законным путем, а государство, в свою очередь, делает небольшие коррекции политики, которые снимают опасное напряжение. Этот механизм делает систему гибкой и более устойчивой к внутренним и внешним нагрузкам.
[Spoiler (click to open)]С моей субъективной точки зрения (подчеркну - моей, я не высказываю в данном случае объективное суждение) никаких подобных демократических механизмом в России на самом деле нет. Весь дух великой криминальной революции и заключался в том, чтобы лишить народ прав и собственности, доли общественного пирога. Да и само строительство бандитского капитализма невозможно было в условиях реальной демократии (С.Г. Кара-Мурза пишет: «Если бы режим России следовал нормам буржуазной демократии, то курс реформ Гайдара никак бы не прошел»). Быть может, кто-то забыл, как в начале 90-х либеральная интеллигенция просто стонала и бредила о Пиночете, им был нужен именно диктатор, жестокий и кровавый, который бы хорошенько бы прошелся кованными сапогами по ребрам быдла. Ну а окончательно черту под демократией подвел 1993 год, когда Верховный Совет расстреляли из танковых орудий, все глупые вопросы отпали...



Избирательная система в России напоминает карусель из книжки Карла Ренца: «Добро пожаловать! Добро пожаловать на ярмарку! Я смотрю, ты уже сидишь на карусели. Как здорово ты управляешь! У тебя элегантная машина. У тебя педаль газа. Ты даже можешь тормозить. Но прежде всего у тебя есть руль. Ты можешь с силой крутить его, что ты и делаешь. Как ни странно, получается двигаться только по кругу. Ты поворачиваешь его налево, направо, и тормозишь, и крутишь, однако все время двигаешься только в одном направлении. «Понаблюдаю-ка я за другими, - думаешь ты. - Как управляют они? Как ведет себя вон тот парень?» Тот парень определенно сильнее наклоняется при повороте. Теперь ты делаешь так же. Но ничего не меняется. Движение по кругу продолжается. Время от времени карусель останавливается. Короткая пауза. Затем ты начинаешь подыскивать себе новое транспортное средство. «А возьму-ка я, пожалуй, лошадь. Теперь я немного проедусь верхом. Может быть, это мое предназначение!». Очень разумно с твоей стороны. Или будет действительно мудро, если ты возьмешь маленький роллер, потому что после всех этих утомительных кругов ты полон смирения и непритязательности. Ты отлично со всем справляешься. До тех пор, пока однажды случайно не отпускаешь руль. Ну и ну! Теперь ты удивляешься. Все продолжает ехать само по себе! Эта штука едет сама! Точно. Едет сама. Тебе не нужно напрягаться».



Карусель движется сама и все время по кругу. Так что можно не крутить избирательную баранку и не жать на педаль газа… Не нужно напрягаться.
Российская власть на самом деле представляет собой наглухо закрытую систему, на которую «российский народ», «дорогие россияне» не имеют никакого влияния, и чье голосования не более чем странный ритуал. Не российский народ решал - когда уйти Ельцину, не он выбирал преемника, и можем только догадываться - как и на каких условиях обставлялась передача президентских полномочий от Ельцина к Путину, и кто контролировал этот процесс. Есть некая совершенно непрозрачная сила, которая этим занимается. И если вдруг Владимир Владимирович однажды перед Новым годом заявит: «Я устал», то и к этому событию «дорогие россияне» не будут иметь никакого отношения...
Тогда возникает логичный вопрос - а почему вся эта бесполезная псевдодемократическая дребедень существует в нашей стране, если она на самом деле не несет никакой полезной нагрузки?
Я думаю на это есть две причины - внешняя и внутренняя.
В Пекине есть удивительная постройка - Мраморный пароход. У него все как полагается пароходу, даже колеса по бокам есть. Только он по понятным причинам не плавает, а стоит на месте, являясь некой красивой (даже очень) симуляцией. Особую пикантность этому сооружению придает то, что императрица Цыси потратила на него деньги из фонда предназначенного для создания императорского флота.
А еще есть карго-культ – это когда папуасы в Меланезии, впечатленные цивилизацией белого человека, проникшего в их мир, стали строить подобие взлетных полос и самолеты из дерева, навоза и соломы. Такие самолеты, конечно же, не летают, но становятся объектом поклонения.



Так как наши криминальные революционеры капитулировали в холодной войне перед бледнолицыми братьями, то поневоле или из подобострастной подражательности были вынуждены заимствовать атрибуты восторжествовавшей цивилизации, чтобы никто не посмел сказать, будто российская папуасия - не цивилизованная страна. Формальности были соблюдены - вот вам мраморный пароход президента, вот вам парламент из соломы и дерьма. А иногда российские папуасы стройными рядами идут в нужные места и бросают бумажки в урны - все как в приличных, цивилизованных странах.
И здесь я должен оговориться: я вовсе не являюсь апологетом западной демократии, не считаю ее идеалом. Я просто указываю на то, что «российская демократия» является симулякром, фальшивым, не работающим подобием западной системы. Это не действующий механизм, имеющий определенную функцию, а некое обманчивое украшение.
Другая причина существования демократического карго-культа в нашей стране - это необходимость легитимации власти. Монархическая легитимация опиралась на церковь, на великую религиозную миссию «помазанника Божьего». Коммунистическая - на великую миссию строительства нового общества, вся структура советского государства имела форму церковности, а партия - религиозного ордена. А что могли предъявить криминальные революционеры? Ну вот они и опираются на «демократию», на то, что рулят страной по воле народа. В этом их миссия, они выполняют нашу волю. То есть, мы их посадили себе на шею и везем только потому, что сами этого захотели... Какие претензии? Ах, вам не нравится! Так у нас же демократия! Иди на выборы и попытайся улететь на соломенном самолете!
Но проблема легитимации в том, что она работает лишь пока в нее верят. А когда ближайшее окружение Государя Императора перестало верить в его божественную миссию, то группа господ просто пришла к Николаю II и сказала ему: «Пошел вон, дурак!» и монарх куда-то слился вместе с монархией. Когда советские спецслужбисты и партийные деятели перестали верить в святость коммунизма, то их воображением завладела идея бандитского переворота, которую они и воплотили в жизнь в годы перестройки и реформ. И проблема в том, что добропорядочных прихожан в храме российского карго-культа верующих в идею всенародноизбранности власти становится все меньше: мраморная лодка не отправляется в плаванье и соломенный говносамолет не взмывает в небеса, и вообще - крокодил не ловится, не растет кокос. А если в карго-культ не верит никто то, что это по своей сути? Это некий нелепый фальшивый фасад, который никого не обманывает. Этот фасад уже не скрывает, а лишь демонстрирует всю нелепость обмана.
В итоге российская демократия близится к тому, когда она перестанет выполнять любую из всех возможных функций....
Пылающее сердце

Метод нарезок

https://img-fotki.yandex.ru/get/508799/6566915.d/0_16ac9c_8a89f57b_orig

"...В 1958 году на площади Сен-Мишель в Париже случайно сталкиваются художник и поэт Брайон Гайсин и Уильям С, Берроуз. По совету последнего Гайсин переезжает в богемный «Разбитый Отель, дом номер девять по Git 1е Coeur, что в Латинском Квартале. Там он посвящает Берроуза в свои художественные разработки — «Разрезки и Метатезы — так начинается важнейшее сотрудничество в современной литературе.
Только теперь Берроуз, пытаясь одновременно разобраться с болотом текстов «Голого Ланча» и слезть с джанка, оказался в состоянии внимать идеям магическо-технологического подхода к письму Гайсина и опробовать их в деле. Эти методы, как немедленно осознал Берроуз, были специально предназначены для выхода наружу — прочь от привычки отождествления и идентификации, прочь от человеческой формы вообще.
Писательство и живопись были составляющими искусства Гайсина, особенно после вмешательства мага в его дела в «Тысяча и Одной Ночи». Каббалистическая решетка символов заложила фундамент для дальнейших разработок» и его рисунки стремительно превращались в формулы и заклинания — загадки и зашифрованные послания зрителю. «Рисунки Брайона Гайсина соотносятся прямо с магическими корнями искусства, — писал Берроуз. — Его живопись можно назвать космической. Пространство поглощает время, то есть заключает в себя череду образов или фрагментов образов прошлого настоящего и будущего. Брайои Гайсин рисовал с позиции безвременного космоса».
[Spoiler (click to open)]Если события были написаны, они могут быть переписаны: Операция Переписи. Время предпослано, предначертано, или предопределено (pre-sent), кому как нравится, и единственный способ сразиться с предначертанной, расписанной наперед Вселенной — разрезать тексты и магнитофонные записи. Заставить слова говорить самим по себе. Они никому не принадлежат, они были навязаны извне чужой, инопланетной волей.
Коллаж и монтаж ни в коей мере не были новостью для художников:
Литература отстает от живописи на пятьдесят лет,  — заявил Гайсин. — Я предлагаю перенести технику художников в письмо — Режь страницы любых книг, режь газетные полосы… вдоль, например, и перетасуй колонки текста. Сложи их вместе наугад и прочитай новое полученное послание. Сделай это для себя. Используй любую систему, которая просится под руку. Бери свои собственные слова или, как утверждают, «очень личные слова любого из живущих или мертвых. Ты вскоре поймешь, что слова не принадлежат никому. У слов своя собственная жизненная сила и ты или кто-то другой, может заставить их потоком низвергнуться в действие… Ваши очень личные слова… Конечно! А кто ты сам?
- Разрежь страницу, которую ты сейчас читаешь и посмотри, что случится, — постоянно напоминал Гайсин. — Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.
«Я не говорю тебе ничего из того, что ты не знаешь. Я не покажу тебе ничего из того, что ты уже не видел. Все, что я хочу сказать о разрезках должно звучать, как крик отчаяния, пока ты не начнешь использовать это для себя. Ты не можешь мысленно резать, как и я не могу мысленно рисовать. Что бы ты ни делал в своей голове, это отражает заранее сложившийся, записанный образ мыслей. Режь, прогрызайся сквозь этот образ мыслей, сквозь все шаблоны мышления, если хочешь чего-то нового… Разрежь строки слов, чтобы услышать новый голос вне страницы…» («Третий Ум»*)
Написанные события и послания, спрятанные в любом куске текста, пророчествуют с помощью ножниц.
«Уходящие Минуты» и «Дезинсектор!» (обе изданы в 1960 году) детализируют теорию и развитие метода «разрезок». Материал для работы брался из газет, писем, Библии, Корана, «Голого Ланча» и бог его знает из чего еще, разрезался и переставлялся в любых вариациях. Многие из полученных текстов относились к будущим событиям.
Гайсин открыл Берроузу возможности использования в текстовой работе магнитофона и метатез, таких как I AM THAT I AM (Я есть, кто я есть), KICK THAT HABIT MAN (Соскочи с иглы, мужик) и RUB OUT THE WORD (Уничтожь слово). Он перебрал все их возможные комбинации, «са-мостоятельно выходящие из штопора языка… летящие в растущем шуме пропеллеров-значений, на которые они, похоже, были неспособны» когда их вычеркнули, а затем вставили в эту фразу». («Третий Ум»)…
Гайсин также исследовал проекции изображения, применив их в самых первых световых шоу. Вместе с молодым математиком из Кембриджа Иэном Соммервилем он разработал «Машину Мечты» — цилиндр с внутренним источником света, выдающий световые вспышки с частотой 10.56 раз в секунду (для кустарной Машины Мечты число вспышек варьируется между восемью и тринадцатью в секунду). Резонируя с мозгом, она создает направленную проекцию альфа-волн, повергая испытуемого в трансоподобное состояние — погружение в несметную, причудливую смену образов, как во сне, и в многообразие цветов — «рисует картины в голове наблюдателя». Действие основано на том же принципе, что и в современных умственных штучках: на пациента надевают защитные очки, направляют в глаза быстро пульсирующий свет и синхронизируют внешние звуки. Результат — глубокое медитативное состояние с сильнейшими галлюцинациями" . (Из книги Алекса Керви « Книга правды»).

Метод нарезок

"...Метод нарезок или Метод разрезок (англ. cut-up, также называемый «cut-up method» или «cut-up technique») — это зависящая от случая литературная техника или жанр, в котором текст в случайном порядке разрезается и перемешивается для создания нового произведения.
«Метод нарезок» также является процессом, посредством которого автор фрагментирует бумажный текст ножницами, а затем снова собирает слова или фразы в соответствии с такими принципами, которые практически не имеют ничего общего с оригинальным смыслом написанного. Данная техника используется обычно в авангардной литературе и поэзии.
Метод был изобретен в 1920-х годах французским поэтом-дадаистом Тристаном Тцарой, а в период с 1950 по 1960 в значительной степени доработан и видоизменен канадским художником Брайоном Гайсином и американским писателем-битником Уильямом Берроузом. Техника в существенной мере повлияла на развитие электронной и экспериментальной музыки, а также оказала определенное влияние на литературу и кинематограф.
В эссе «Метод нарезок Брайона Гайсина» (англ. The Cut-up Method of Brion Gysin) Берроуз писал, как летом 1959 года последний разрезал журналы на секции и перемешивал их в случайном порядке. Стоит отметить, что оригинальный метод Тцары Гайсин слегка видоизменил — переработка заключалась в том, что несколько готовых связных текстов разрезались, перемешивалась и компоновались в произвольном порядке, составляя новое произведение — техника базируется на принципе коллажа и случайных действий. Результаты «нарезок» Гайсин называл «версиями временной цепи».
Итогом его экспериментов стала книга «Minutes to Go» (1960). Джеймс Кемпбелл (англ. James Campbell) добавляет: «„Нарезки“ были методом поиска истины <…> Если ты хочешь бросить вызов и изменить судьбу, нарезай слова. Сделай их новым миром». Как отмечает журналист интернет-издания «Частный Корреспондент» Андрей Бобрыкин, для самого Гайсина «метод нарезок» был инструментом для преодоления диктата языка.
Берроуз говорил, что «нарезки» создают новые связи между изображениями — и вследствие этого линии видимого расширяются. Помимо прочего писатель был уверен, что нарезки содержат закодированные послания, имеющие значение для разрезающего или даже обеспечивающие феномен случая. Он писал: «Метод нарезок способен наводнить масс-медиа иллюзиями».

Подвиды техники
Первый подвид называется аналогично всему методу, то есть «cut-up», — он предстаёт в виде классических тцаровских «нарезок», впервые представленных поэтом в работе «Рецепт поэмы дадаиста» (англ. Recipe for a Dadaist Poem, 1920).
Метод предполагает работу с одним законченным линейным текстом (напечатанным на бумаге) с разрезанием его на куски с одним или несколькими словами на каждом. Далее всё смешивается, формируя новый текст.
Второй подвид называется «fold-in» и представляет из себя совместную разработку Берроуза и Гайсина. Метод предполагает работу с несколькими текстами с их последующей нарезкой и компоновкой. Ключевая область применения данного метода — это работа не только со своим текстом, но и с чужим.
Также данный метод отличителен работой с перемешанным текстом — то есть «нарезки» соединяются в связный текст осмысленно, а не в случайном (как у Тцары) порядке. В случае использования метода для одного печатного листа текста он предполагает нарезку страницы на четверти с последующим расположением частей в следующем порядке: при оригинальном расположении вида «а, б, в, г» после перекомпоновки части должны идти как «г, в, б, а».
Метод написания текстов самого Берроуза описан в статье, посвященной писателю на сайте «Филателия.ру»: «Во всех своих поездках Берроуз не расставался с тетрадью, расчерченной на три колонки. В первую он записывал различные факты о происходящем вокруг, обрывки услышанных фраз, диалогов; во вторую — личные впечатления, мысли, воспоминания; наконец, третья содержала цитаты из книг, читаемых в данный момент. Собственно из этих колонок и монтировалась будущая книга».
Один из ранних примеров компоновки текста по методу «fold-in» Берроузом. Цитата по книге «Голый завтрак».