July 29th, 2015

Пылающее сердце

Остывший монастырь



Недавно друг прислал мне по почте текст из «Живого журнала» некоего Егора Безрылова, который озаглавлен «Старперское». Он про советское житье-бытье. Приведу отрывок из него:

«Разумеется, эти изначально неоригинальные мысли в самое ближайшее время устареют, и это едва ли не единственный повод поделиться ими с привычным читателем наших заметок. Градус неприязни к советской власти оставался неизменен как цены на продукты и предметы первой необходимости. Сорок лет назад человек знал, что даже если его пропустят через мясорубку очередной войны, он не станет жить ни лучше, ни богаче, и будет также стоять в такой же очереди, как та, в которой ему лезут в голову ненужные мысли. А очередь, в которой они лезли, была за маслом, которое - двести грамм на рыло, выдавали раз в неделю на шестом десятке строительства социализма, в удобное, правда, время - после работы, с шести до половины восьмого, чтобы люди не торопились. Стоять час с лишним, перед этим восемь часов каторги, давка в транспорте, недельные носки, стоптанная еще в позапрошлом году обувь, вонючие многосезонные пальто и шапки... При этом обеспеченному работой и маслом гражданину настоятельно не советовали: распивать дорогой алкоголь, как большинство номенклатуры, пробовать тяжелые наркотики, как немалая часть артистической элиты, иметь однополые связи, как значительная часть комсомольской, спортивной и т.д. и т.п., а также воздерживаться от покупок заграничных дисков по спекулятивным ценам - все это, вам, товарищ, явно лишнее, ну зачем вам, товарищ, скажем, второй альбом «Judas Priest», когда вы еще "Лебединую верность" не освоили? Товарищ не задумывался об излишествах и привилегиях, и Джудас Прист ему действительно был не нужен, он готов был ненавидеть кремлевских упырей почти безплатно, за те двести грамм сливочного масла в серой оберточной бумаге. Вечер, ветер, пылающая урна в конце переулка, хмурые, некрасивые лица».

Нельзя сказать, что этот текст мне показался особо оригинальным; таких злобных, полных ненависти антисоветских зарисовок с весьма характерным образным рядом («каторжная работа, давка в транспорте, недельные носки, стоптанная обувь, вонючие пальто и шапки, хмурые, некрасивые лица») за пару десятилетий реформ было рождено очень много, и сейчас ими уже никакого не удивишь.  И все-таки тут есть о чем поговорить…

[Spoiler (click to open)]

Я советский человек и хорошо помню  магазины времен СССР: за прилавком стояла продавщица в белом халате, а на прилавке на металлическом подносе лежал здоровенный куб сливочного масла, от которого ножом отпиливались куски, и, как помнится, для покупателя главным было, чтобы кусок отрезали не с края, где масло слегка окислилось, а из серединки. Толкотня в магазинах конечно была, иногда очень большая, бывали и очереди. Но в холодильнике никогда не переводились продукты: было молоко, масло, сметана, и многое другое. Масло и сметану мы не успевали съедать, они часто портились, но бабушка из пропавших молочных продуктов делала дрожжевое тесто и пекла вкуснейшие пироги. Про 200 грамм масла на человека –  ничего не помню. Но это все мои впечатления, а есть ведь и бесстрастная статистика…

Процитирую материал с сайта «Мифы истории СССР»: «Часто постулируется утверждение, что население СССР страдало от нехватки продуктов питания, голодало. Голод, якобы, исчез только в пост-советской России. При обсуждении этого тезиса антикоммунистически настроенные публицисты склонны спекулировать на теме «советского дефицита», игнорируя суть и причины этого явления.

Прежде всего попытаемся обратиться к реальной статистике продовольственного потребления на территории СССР в период до и после распада. Здесь и далее мы пользуемся статистикой Продовольственной и Сельскохозяйственной Организации ООН (ПСХО), которая ведет учет производства и потребления сельскохозяйственной продукции во всем мире. Как следует из этих данных ситуация складывалась совершенно обратным мифу образом. В период распада страны и экономических реформ питание населения значительно ухудшилось: общая калорийность питания снизилась на 15% за 5 лет реформ, животных продуктов питания, важнейших с точки зрения получения организмом белков – на 30%, потребление мяса животных – на 37%, молочных продуктов – на 31%. Корень антисоветского мифа в воспоминаниях о кризисном периоде конца советской эры конце 1990 – 1991-м годе, когда из-за роста сепаратизма и разрушения экономических связей были нарушены сложившиеся системы торговли. За последующие годы реформ радикально изменилось не только абсолютное потребление, но и место страны в мире по уровню питания. Вот сравнительные данные и потреблении мяса в ряде цивилизованных стран в 1990 и 2002 годах (кг. в год):

США: 1990 г.  - 112,6; 2002 г - 124,1.

Великобритания: 1990г.  - 72,5; 2002 г - 80,7.

Швеция: 1990 г.  -  59,0; 2002 г - 72,4.

СССР: 1990 г.  - 72,2; 2002 г - 49,8.

Информация об ухудшившемся питании вполне соответствует другим данным о потреблении в современной России. В частности отчетам военных комиссариатов о состоянии проходящих комиссию призывников. Как сообщают СМИ: «Начальник Центральной военно-врачебной комиссии Минобороны генерал-майор медслужбы Валерий Куликов заявил, что в ходе весеннего призыва 2006 года более 40 тыс. призывников получили отсрочки от военной службы из-за дефицита массы тела. «Призывники с пониженной или недостаточной массой тела сейчас становятся проблемой номер один для всех регионов России. Посудите сами, только в ходе нынешнего весеннего призыва 41 тыс. призывников из-за дефицита массы тела или другими словами из-за хронического недоедания получили отсрочки от службы в армии. Это более, чем 30% от общего числа тех 125,5 тыс. новобранцев, которые призываются весной на службу»».

Практически ту же информацию дают и социологические исследования, проводящиеся в России: «21% россиян ответили, что за последние 12 месяцев им иногда приходилось недоедать. Каждый третий житель Дальневосточного федерального округа (31%) сказал об этом - это самый высокий показатель по выборке. В крупных городах с населением от 500 тысяч до 1 миллиона человек респонденты также часто говорили о недоедании - 26% опрошенных иногда испытывали голод. … Таким образом, российские результаты опроса по проблеме голода и недоедания - 30% - соотносимы с данными, полученными в таких странах, как Никарагуа - 33%, Пакистан - 32% и Гана - 32%». В других странах СНГ ситуация не лучше. По данным экспертов ПСХО «от 20 до 40% населения в странах СНГ в настоящее время голодают»».

А вот цитата из книги С. Кара-Мурзы, С. Батчикова, С. Глазьева «Куда идет Россия. Белая книга реформ»: «Весьма распространен миф о том, что в СССР людям не хватало еды, в отличие от капиталистических стран. И после реформ россияне наконец смогли поесть вволю. Либеральная пропаганда упорно муссирует эти выдумки, но никогда не приводит никаких цифр – насколько больше стали есть люди. Причина проста – цифры говорят о прямо противоположном. Ложь о собственно прошлом и предках в буквальном смысле вбивается людям в головы. При этом настоящая статистика по-прежнему не афишируется. В меру своих сил исправлю этот недостаток – ибо она крайне познавательна. Годы реформ – это время давно забытого явления – массового недоедания, которое повредило здоровью массы людей – особенно детям. В 1992 году до 20% детей 10 и 15 лет получали с пищей белка меньше рекомендованного ВОЗ безопасного уровня. Более половины женщин потребляли белка менее 0,75 г на кг массы тела – так же ниже безопасного уровня ВОЗ. Эти данные частично объясняют ужасающее ухудшение здоровья детей, новорожденных и беременных в годы реформ. Почти весь спад потребления продовольствия пришелся на более бедную половину населения – где постоянное недоедание угрожало деградацией здоровья. Одно из последствий хронического недоедания бедняков – это плохое питание беременных женщин и анемия у рожениц. В 80-е годы она наблюдалась у 4-5% рожениц, в 2000 г – у 43,9% рожениц, в 2006 году у 41,6% рожениц. У детей сложился "бедный” тип питания, дети испытывают белково-калорийную недостаточность, что выражается в снижении массы тела и низком росте. Из доклада санврача Онищенко в 2007 году: "За последние пять лет общая заболеваемость детей возросла на 16%. Более 32% шести и семилетних детей не готовы к систематическому обучению в школе.” Кроме того пищевая промышленность резко деградировала за годы реформ. В магазинах огромное количеств подделок».

Очереди были прямым следствием доступности КАЧЕСТВЕННЫХ продуктов ДЛЯ ВСЕГО НАСЕЛЕНИЯ. Это было неудобством, но не бедой, не катастрофой. Катастрофа началась потом, когда нормальные продукты для большинства населения стали не доступными. Деградация питания скрывается массовым появлением на наших прилавках суррогатных, поддельных продуктов. Производители, чтобы сделать свою продукцию доступной для покупателя, создают поддельное масло и сыры.

Процитирую материал с сайта «Качество.Ру»: «Наши коллеги из Санкт-Петербурга провели экспертизу сливочного масла, купленного в супермаркетах города. В итоге 6 из 10 образцов сливочного масла (60%) не соответствовали требованиям ГОСТа и Технического регламента на молоко и молочную продукцию, а пять из этих шести оказались подделками. В пяти поддельных образцах «сливочного масла» молочный жир коровьего молока присутствовал, но его массовая доля была столь мизерна, что исследованные образцы скорее можно отнести к растительно-жировым спредам, молочный жир в которых, согласно Техническому регламенту на масложировую продукцию, вообще не предусмотрен. На вкус отличить спред от сливочного масла можно не всегда, довольно часто производители добавляют в спреды красители и ароматизаторы для имитации цвета и вкуса настоящего масла.  Замена молочного жира в сливочном масле пальмовым или кокосовым откровенно вредна для здоровья!»

Еще информация: «Союз потребителей «Росконтроль» провел мониторинг качества молочной продукции, в том числе сливочного масла и сыров. Как оказалось, 70% торговых марок заменяют молочный жир растительным, пальмовым маслом. Сопредседатель «Росконтроля» Александр Борисов заявил, что «налицо умышленный обман потребителя». Как он считает, необходимо ужесточить ответственность производителей за такие нарушения, - передает Русская служба новостей».

То есть, в советские времена по очень низким, доступным всем ценам продавалась ОЧЕНЬ качественная продукция. Да, упаковка была не такой эффектной и иногда приходилось простоять в очереди. Зато сейчас, без очереди, в красивой упаковке можно купить вредную подделку. Есть разница?

Обратите внимание как часто сейчас обыгрывают в названии продуктов советскую тему. Если подойти к прилавку с мороженным, то увидишь «48 копеек», «ГОСТ», «СССР» и т.д. Почему? Потому что все поняли – какого высокого качества были продукты в Советском Союзе. И лучшая реклама сейчас - это просто сказать, что данное изделие СОВЕТСКОГО КАЧЕСТВА!

Можно конечно долго говорить о преимуществах социализма, советского образа жизни, ссылаясь на конкретные данные, вспомнить о бесплатном образовании, медицине и жилье. Но я в данном случае вовсе не хочу впадать в некое благодушие и говорить, что в позднем СССР все было благополучно – вовсе нет. Если бы все было тогда хорошо, то мы бы сейчас не копошились во всех прелестях беспощадного капитализма на руинах великой державы: была в нашем советском государстве какая-то смертельная гниль. Но это подлинное советское неблагополучие носило совсем иной характер и антисоветские разговоры о дефиците и несвободе лишь уводят в сторону от этой важной темы.

Надо сказать, что я искренне пытаюсь понять антисоветчиков, их мировоззрение, природу их ненависти. Мне принципиально важно разобраться в сути того ядовитого явления, что сгрызло мою Родину, мою страну – Советский Союз.

В статье Егора Безрылова, отрывок из которой привел в начале своего материала, помимо презрения к «совковой нищете и несвободе», рвется и некое эстетическое отторжение. В фильме «Стиляги» Валерия Тодоровского это эстетическое отторжение советской жизни продемонстрировано с предельной наглядностью: все «совки» показаны безликими, наряженными в одинаковую, серую одежду, а стиляги, которые всеми силами подражают «свободной», западной жизни – яркие, оригинальные. Разумеется, режиссер все очень утрировал – до карикатурности, но даже в этом искаженном образе он тем не менее обозначил причину такой неприязни антисоветчиков к СССР. Дело в том, что по своему духу Советский Союз был, если можно так выразиться, государством-монастырем, разумеется, в широком понимании.

Что такое по своей природе монастырь? Это сообщество людей, которые объединены сверхчеловеческой целью. И в этом сообществе царит дух аскезы, т.к. эти люди бегут от мира с его искушениями, с излишествами, чтобы полностью посвятить себя внутреннему, духовному  служению. Монастырь - идеальное место для воплощения определенной цели. Он не подойдет человеку, который занимается бизнесом и копит денег, или тому, кто ищет плотских утех: кому-то нужен банк и торговая лавка, а кому-то бордель. Но для того, кто хочет достичь святости – он предельно, если можно так выразиться, - комфортен: здесь есть все, что надо, и нет того, что мешает. И если мирянин начнет судить о монастыре по своим обывательским меркам, то он конечно же найдет в нем много дикого, несуразного, неправильного: а почему все одеты в одинаковую и некрасивую одежду? Почему меню такое скромное? Помилуйте, а где шашлык? Хотя бы сардельки? А где женщины? Где развлечения? И телека у вас нет? Ну это же отстой! И т.д., и т.п. В ответ на такую критику монахи могут только пожать плечами и улыбнуться… Это все разговоры не по делу, и критик явно не понимает, что в жизни бывают цели иного характера.

Но монастырь живет до тех пор, пока в нем есть люди с определенным градусом внутреннего, духовного горения. Как только этот накал исчезает, духовный пламень остывает, весь аскетический характер монастыря превращаться в обузу. Жиреющие, обленившиеся монахи начинают приторговывать фальшивыми реликвиями, таскать девок к себе в кельи, много есть и много спать. И весь монастырский строй превращается в личину, в пустую маску, которая уже никого не обманывает и всех раздражает… Я где-то прочитал такое высказывание: «Самое отвратительное на свете зрелище – это дьявол, осуждающий грех». И нет ничего более растлевающего, чем заплывший жиром настоятель монастыря, которые с амвона что-то говорит о спасении души, о Господе Боге, а потом устраивает свои поганенькие, шкурные дела. Этот контраст становится невыносимым, а все слова великого учения превращаются просто в пустой звук или в дьявольскую издевку…

В основе советского государства была положена пылающая, великая идея преображения человечества, и оно создавалось, как принципиально аскетическое сообщество, которое не просто не принимало мещанство, но относилось к нему с религиозной враждебностью. Мещанство исторгалось, как грех, как ветхая оболочка, которую надо было с себя содрать. И пока в этом советском монастыре жили люди горящие коммунистической идеей – не было проблем. Но идея стала остывать, а идеология превращаться в набор отвлеченных слов, а потом – и предмет насмешек. А в партию, в этот священный орден советского государства, массово стали проникать люди, которым не только коммунистические, но любые идеи были «по барабану» - они получали партбилет, чтобы пошло делать карьеру, устраиваться в жизни. Это торжество человеческой гнили не могло не принести печальные результаты. Наше государство все больше стало напоминать церковь, в которой религиозность выродилась в пустой, бездушный ритуал. А нет большей издевки над верой, чем вырождение ее в пустой ритуал. И в этих условиях конечно пробудилось мещанство, которое стало задаваться вопросами: а почему у нас нет таких крутых тачек, как на Западе? Или такой же классной одежки, модных джинсов? А почему зарплата у нас такая маленькая? Это же курам на смех – не погуляешь, на Канары не поедешь! И, в конце концов, что за бред про коммунизм? Кому это вообще все надо?

Пробудившийся мещанин в условиях остывающего советского монастыря испытывал внутреннее негодование, кипение. Советская действительность с ее аскетичностью, вызывала у него чувство эстетической травмированности. Мещанин листал западные журнальчики с красивыми картинками и воспринимал эту далекую, красочную жизнь, как желанный Эдем.

И так стонали и мучились не только разного рода диссиденты или безыдейная молодежь, но и карьеристы с партбилетами в кармане. И было понятно, что шикарную жизнь как на Западе можно устроить лишь, если выбросить из советской очереди за гарантированными государством благами примерно 80% населения, потому что на всех роскоши не хватит. И это рождало ненависть к простому советскому человек, отсюда эти перлы, которые я процитировал в начале: «Хмурые, некрасивые лица, недельные носки, стоптанная обувь, вонючие пальто и шапки».  Поэтому  убивать СССР было не жалко, и бросать партбилет в мусорку, как только стало ясно, что прока от него больше нет, - было не стыдно: «Но неужели же вы в самом деле думали, что такой разумный, трезвомыслящий человек как я, может верить во всю эту коммунистическую чушь?»

После сеанса массового саморазоблачения эти человекоподобные хомячины стали облачаться в разные идейные одежды: стоять со свечками в храмах, что-то мямлить о свободе, о демократии или о национальных традициях (например, ставший  в 38 лет секретарем парткома на «Южмаше», членом ЦК КПУ Кучма в новых условиях проникся национальной идеей и написал книгу «Украина не Россия»). Но у хомяка нет идеалов, он в принципе не способен гореть идеей, он может лишь напяливать на себя различные личины, какие угодно – в зависимости от конъюнктуры, от изменения направлени ветра. Идея для хомяка всегда лишь маска, а не реальность. К области реального относится лишь собственное пузо.

Разбойник атаман Кудеяр, много проливший крови честных христиан, смог духовно преобразиться (помните как в песне поется: «Вдруг у разбойника лютого совесть Господь пробудил»), а хомяк не может – это совсем иное, намного более печальное состояние  человеческой души, о котором сказано в Апокалипсисе:  «Ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден, или горяч! Но как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих».

И одна из причин яростного антисоветизма подобных субъектов вполне понятна – это самооправдание. Самые яростные враги Церкви – расстриги. Человек совершает некий малодостойный поступок, предательство идеи, которой он обязался служить не щадя живота своего. Так о чем же должен говорить поп-расстрига или монах-расстрига? О том, что он негодяй, предавший веру? Нет, конечно! Расстриги будут яростно, брызгая слюной изобличать Церковь, говорить о том, что она собрание всяческих нечистот и т.д., и что предать ее было долгом честного, порядочного человека. И предатели СССР нам постоянно объясняют, что это было ужасное государство и его разрушение было большим благом, долгом всякого приличного человека. А как еще, например, Николай Карлович Сванидзе может объяснить, что он был членом КПСС с 1975 года? И подобное удивительное перевоплощение из коммунистов в антисоветчиков – далеко не уникальное, можно привести длинный список начиная с Егора Гайдар. И всем этим деятелям надо как-то оправдаться, доказать, что они не мерзавцы, а герои… Вот они все время нам что-то такое и доказывают: «А вы знаете, что СССР был жуткой тюрьмой, в которой народ морили голодом? После рабской, непосильной работы люди простаивали в многокилометровых очередях, чтобы купить сайку хлеба! А вы знаете, что все население Советского Союза включая детей и собак дважды расстреляли во время сталинских репрессий? Убивали, хоронили, потом снова доставали трупы и опять расстреливали!» и т.д., и т.п.Так яростно борется «за правду» нечистая совесть...

И поэтому когда сейчас идут разговоры о возвращения социализма, то надо понимать, что дело не только в определенной политической и экономической системе. Речь в конце концов идет и о фундаментальном вопросе – каким должен быть человек? Что должно быть целью его существования? Мещанское хомячество или что-то иное? Пока наши интересы вращаются вокруг простого, обывательского существования – править бал будут безыдейные, пронырливые хомяки. Требуется зажечь огонь новой идеи, и самому этой идеей гореть. Просто тихими, отвлеченными разговорами проблему не решить: новое общество может строить внутренне обновленный человек. А это вопрос в первую очередь духа, а не политики и экономики.