blprizrak (blprizrak) wrote,
blprizrak
blprizrak

Расщепление сознания

  • Основная проблема настоящего момента в том, что окончательно утерян всяческий смысл реформ. Существовала относительно приличная, официальная идейка, что благодаря реформам "Россия встраивается в мировое сообщество цивилизованных государств".  И была скрытая подлая идейка - разграбить страну и с богатством отплыть куда-нибудь в красивые края, чтобы коротать жизнь на шикарной вилле, попивая дорого винцо…Так вот - к нынешнему моменту стало абсолютно ясно, что ни то и ни другое невозможно...  Ни о какой интеграции России в "мировое сообщество" не может быть и речи. И невозможно с богатствами тихо и мирно жить на Западе.

Расщепление власти Михаил Леонтьев пишет: "Америка поставила перед собой цель: достичь полной безопасности. А достичь полной безопасности – означает нивелировать ответный потенциал любого потенциального противника. Поскольку таким ответным потенциалом в настоящий момент обладаем только мы, то в первую очередь речь идет о нашем потенциале. Как говорится, ничего личного".
А когда ответного потенциала не будет, то Запад с удовольствием интегрирует нас, но не как государственный субъект, а как расчлененный объект… Нас уничтожат как страну, разрежут на куски, съедят и переварят, и даже в учебниках истории о нас не останется упоминаний - история легко переписывается. Как происходит такая "интеграция" было наглядно показано на примере Югославии, Ирака, Ливии. Сейчас это собираются продемонстрировать на примере Сирии.
Российская политика "интеграции в мировое сообщество" означает, что мы сами должны взойти на эшафот, сами надеть на себя петлю, и сами выбить стул из под ног, и тогда наши "западные партнеры" будут одобрительно кивать нам головами и говорить: "Да, да - вы все делаете правильно, вы движетесь в верном направлении..."
И, вполне возможно, что наша элита с радостью бы согласилась на этот сценарий, но проблема в том, что она не уверена в своем будущем - Запад ей ничего не гарантирует в случае распада страны. И даже если Запад что-то пообещает, то будучи хозяином слова, он легко может забрать его обратно: "Извините, но у нас тут правила изменились и оказалось, что вы не уважаемый господин, а бандит, представляющий угрозу общественной безопасности".
Михаил Леонтьев пишет: "Никаких обязательств в современном мире не существует. Мораль в борделе – об этом даже неприлично говорить. Внутренние законы Соединенных Штатов по Конституции имеют приоритет перед международными обязательствами. О чем это говорит? О том, что это – страна, с которой нельзя заключать никаких соглашений. В принципе нельзя! Если им захочется, то они примут какой-нибудь закон, который сделает эти обязательства ничтожными. Они соблюдают обязательства до той степени, до которой им хочется их соблюдать, даже формально, даже юридически, а не на практике".
Вот и все…
Есть еще одна  большая проблема - мировой кризис. На Западе не до жиру, и придется что-то делать и со своей богатой публикой. А с какой стати они должна пощадить наших олигархов?
Михаил Хазин говорит в эфире радиостанции "Эхо Москвы": "Западной либеральной модели на Западе тоже скоро не будет. Модель западного среднего класса была выстроена в условиях противодействия СССР. На нее было потрачено очень много денег, намного больше, чем этот самый средний класс производил. Он абсолютно не окупаем с коммерческой точки зрения, и более того, он сегодня не окупаем с точки зрения глобальной экономики. У всей мировой экономики нет денег сегодня на то, чтобы содержать средний класс в Европе, в США и Японии и других странах, в том числе - в России. Так вот когда я говорю о том, что будут разные неприятности, то имею в виду прежде всего то, что невозможно сохранить стереотип среднего класса. Это объективная ситуация. Невозможно. Когда меня спрашивают, как это будет происходить, то я не знаю. Когда на вершине горы бьет родник, не всегда понятно, по какому оврагу он потечет, но то, что он потечет вниз, это очевидно. Мы будем падать вне всякого сомнения, и среднего класса не будет. Но что делать, никто особо не задумывается. При этом сильные миры сего, конечно, размышляют на тему о том, как бороться с беспорядками, если кто-то будет покушаться на их власть и положение, о том, что придется расстреливать из пулеметов, сажать в концлагеря".

На YouTube имеется больше дюжины видео с холодящими душу заголовками и комментариями. Вот лишь некоторые из них: "Грядет американский Холокост." "Миллионы гробов для миллионов мертвых американцев." "Твой гроб, купленный на твои собственные деньги, ждет тебя." "Миллионы заготовленных впрок пластиковых гробов найдены по всей Америке." "Возможно один из них твой." "Они достаточно велики, чтобы поместить в них тебя и меня."


Писатель Рэнд Клиффорд, живущий в Вашингтоне, опубликовал статью-предупреждение под заголовком "America! Be Truly Afraid" ("Америка! Тебе есть чего бояться"), в которой рассказал о тайных установках американского правительства и репрессиях, которые ждут американский народ, подтверждая версию, что на территории США построено свыше 800 концентрационных лагерей.

Понимаете - в каком положении находится мир? Насколько серьезная ситуация?
Сегодня представитель российской элиты может иметь счет в щвейцарском банке и покупать богатые поместья в Лондоне. А завтра - это легко будет реквизировано, а сами владельцы отправлены за решетку - и очень надолго. Великий комбинатор Ося Бендер все прекрасно рассчитал - как найти подпольного миллионера, как заставить его поделиться деньгами. Но он просчитался в одной досадной мелочи: при переходе советско-румынской границы он будет совершенно беззащитен. И великого комбинатора раздели до нитки, причем ему еще бесконечно повезло - ведь могли бы вдобавок и просто пристрелить как собаку… И нашу ожиревшую элиту на Западе с удовольствием встречают - как баранов  для будущего закланья. Там лишь ждут, когда процесс "реформирования" России достигнет логического летального финала, и тогда всех этих ребяток можно будет брать тепленькими...
Уже по мере ослабления России с нами ведут все более вызывающее, в отношении нас все больше оскорбительных жестов: то Евросоюз предложит номинировать Пусси Райт на премию Сахарова, то Турция задержит наш самолет. А что будет завтра? Как сказал Бисмарк: побежденным следует оставить только глаза, чтобы они могли плакать...
Понимает ли эту ситуацию элита? Не может не понимать. Но для того, чтобы отвернуть от пропасти, требуется в корне менять политику. А это значит, что следует прекратить разграбление России. Но наша элита только в этом грабеже и видит главный смысл своего существования, она вообще ни для чего другого не желает существовать. Она хочет грабить, жрать - до бесконечности. В итоге сознание элиты раздирается противоречием: с одной стороны надвигается катастрофа и надо бы что-то менять, но с другой стороны - менять ничего не хочется. И происходит раскол сознания. Слово "шизофрения" возникло от греческих слов "шизо" ("схизо") - расщепляю и "френ" - разум. И этот расщепленный разум нынче воцарился в России, когда стало возможно и да, и нет. С одной стороны - Россия против расширения НАТО на Восток, с другой стороны - создается натовская база в Ульяновске и т.д. и т.п.  Любой перспективный план в этой ситуации становится невозможным - куда двигаться не ясно. Мы словно бы оказались в самолете, с заглохшим мотором: уже ясно, что упадем, но пилот по громкой связи нам все равно сообщает, что все прекрасно, и главное - сам хочет верить, в то, что все прекрасно.… А земля все ближе и ближе...
И в этом пугающей обстановке в элите не может быть никакого единства, ведь нет общей стратегии, общего пути, общей идеи, есть лишь общая атмосфера страха, в которой усиливается нервозность переходящая в панику, желание спастись любой ценой. И бывшие слуги, демонстрирующие сегодня лояльность своему патрону, завтра легко могут разорвать его на куски.

Хочу предложить вашему вниманию фрагменты большого интервью Глеба Павловского "Новой газете". Он бывший советник путинской администрации и кремлевскую кухню знает не понаслышке.

Журналист: — У Путина в последние годы произошло физическое изменение лица…
Г. Павловский:
— Самое сильное изменение лица — это перемена взгляда. Лицо делают глаза.
— А какие сейчас глаза у Путина?
— У него отключенный от внешнего мира взгляд, даже когда он специально хочет обаять. Это перегрузка чем-то внутри. Он видит какие-то угрозы, очень ими озабочен. Это его переключает. Ведь он не контактирует с жизнью напрямую, и люди вокруг оказываются источником одновременно и тоски, и угрозы. Помимо дворни он окружен довольно плотным кольцом наших «грандов и нобилей», сформировавшихся за эти годы. Когда-то это был маленький кружок — 10–15 человек, а сейчас сотни, пожалуй, больше тысячи человек.
— Тот самый «коллективный Путин»?
— Да, да, хорошо, если они «коллективный Путин»… пока. А если с какого-то момента они или часть их решат, что они, если и «коллективные», то уже не «Путин», а кто-то другой? Вот это, я думаю, его одолевает.
— То есть Вы думаете, есть ощущение потери каких-то рычагов власти?
— Конечно, главный рычаг — всем рычагам рычаг, мегарычаг — это была любовь, харизма, это то, что он мог противопоставить чему угодно, потому что при любом натиске на него он мог обратиться к стране.
— А когда он стал терять эту харизму?
— Что-то сломалось в медведевское президентство. Что-то его испугало, насторожило… и лидером он не захотел оставаться. Он захотел вернуться хозяином, хозяином положения. А это разные роли. Лидер — это тот, кого предпочли другие, а хозяин — он хозяин независимо от того, выбрали вы его или нет.
— А он хочет быть и хозяином, и лидером?
— Я думаю, что, захотев быть хозяином, он стал терять это лидерское начало. А это же двусторонний процесс — перестаешь откликаться на людей, и они на тебя перестают откликаться. Это очень трудно уловить, но когда эмоциональная связь исчезает — она исчезает.
— Что может заставить людей опять полюбить Путина? Внешняя угроза?
— Повторной любви, как и второй свежести — не бывает. Путинского большинства больше нет. Эмоционально сохраняют к нему доверие сейчас не больше пятнадцати процентов.
— Это очень мало.
— Это горько, и я думаю, что все это его дестабилизирует. Я думаю, что у него вообще много разочарований. Разочарован он был голосованием в Питере. А Москва — столица, где вообще он не выиграл первый тур — первым из президентов! Он, я думаю, внутренне очень возмущался. Что ж, «была без радости любовь, разлука будет без печали». Он внутренне разлучился, я думаю, со страной, но совершенно не собирается разлучаться с властью. Сегодня, я думаю, Путин стал психологически очень усложненным человеком по сравнению с тем, каким был 10 лет назад. Но этой сложности у него нет ходу, она заперта в нем наглухо, потому что он один.
Система оказалась неспособна обсудить вопрос собственного выживания. Путин — это наше зеро, пустое место, экран, на который мы проецируем наши желания, ненависть, любовь. Это было бы неверно и 10 лет назад, но тогда это имело некоторый смысл, потому что существовала обратная связь. Теперь это не имеет никакого смысла.
— То есть Путин сам по себе, а страна сама по себе? Так получается?
— Страна сама по себе — это уже давно так стало. Большинство думает, что там, наверху, кто-то заботится о стране, но это не так. Страна фактически покинута, и при том обездвижена. Путин построил систему, в которой сегодня никто не понимает, чего он хочет, что будет завтра, вы можете только угадывать. Получилось так, что выйти из тандема Путин мог только отказавшись от лидерства и взорвав командный пункт «управляемой демократии». А взорвав этот командный мостик, он обнаружил, что все, что казалось простым, страшно усложнилось. Да, он в центре всего, он в кабинете, хозяин, все связи к нему подведены, но все как-то не работает. Есть правительство Медведева, которому, я думаю, он теперь уже не так доверяет, как в 2008 году. Поэтому на всякий случай он притормаживает Медведева, и при этом тормозит правительство. А притормозив правительство, он растормаживает нижние уровни аппарата. А чиновники же за этим следят. Если президент может послать премьера подальше, то у служащего появляется свобода рук. Он может заняться чем-то своим, система начинает скрежетать, тормозить, Путин сердится еще больше и еще больше отчуждается от всего, кроме своей власти. Но что такое теперь его власть, где она? Вот уже Путина раздражает «Единая Россия». Видно же, что она его раздражает.
— А чем «Единая Россия» его раздражает?
— Тем, что, с его точки зрения, они нахлебники, которые в новой ситуации оказываются бесполезны для его власти. «Управляемая демократия» предполагала некий сектор демократии, где выборы хоть что-то значат. Такое детское лото на три копейки, но все-таки три копейки были. А теперь трех копеек нет, есть группа товарищей, которые неизвестно чем заняты, но у каждого есть свои интересы, и они эти интересы обслуживают. Они лояльны, но что с ними делать? Да, можно на них спускать один законопроект за другим, и они их штампуют. Это радует Путина и это пугает. Фактически чем сейчас занимается система? Она никого не напугала, кроме самой себя. Она занимается бесполезным самозапугиванием. Они все трясутся, эти бизнесмены, эти крупные чиновники. Они даже не понимают, отчего трясутся. Но они не работают.
— Они за себя трясутся, за свою шкуру трясутся.
— Да, за себя трясутся. В 2000 году все спрашивали: «ху из мистер Путин?» А кто это такой? Непонятный человек, но совершенно никого это не останавливало, все действовали. А когда во время тандема начались первые толчки, мотор стал чихать, тандем оказался просто плохой управленческой схемой, не справился с задачами. А все усложнялось: и экономика усложнялась, и мировая ситуация усложнялась, и общество усложнялось. И все это никак не отслеживалось в этой системе, и теперь получилось еще смешнее. Вместо грубой и нуждающейся в модернизации всей этой «управляемой демократии» остались Путин и его секретариат, с чем они могут справиться в сегодняшней стране? А дальше через них идут отдельные сигналы, которые не корректируются. Более того, как я понимаю, поощряются и войны: и внутри правительства, и между правительством и администрацией.
— Поощряются кем?
— Ну, поощряются Путиным.
— То есть разделяй и властвуй?
— Сперва властвуй, а потом смотри, чтобы другие никак не соединились. Но понимаете, за этим очень трудно следить.
— Слишком много за кем следить надо?
— Их слишком много, да. Вы понимаете, парень-то выбрал самый неудобный способ чесаться, потому что весной Путину все карты шли в руки. Уличная оппозиция уже показала свои возможности. И он явно побеждал на выборах. Все, включая колеблющиеся части истеблишмента, были готовы сомкнуться вокруг него, как вокруг нового центра. Устали ведь от Медведева, не будем скрывать, устали от его невнятности. Все ждали… Путин вышел с программой, в общем, неплохой программой, изложенной в его статьях. Под эту программу надо было создать какую-то коалиционную силу. Как ее оформить — второй вопрос. И двинуться вперед. Это был шанс вернуть ему лидерство. А если бы он вернул лидерство в смысле движения, которого ждала вся страна, то он бы вернул и любовь. Понимаете? Им бы опять стали восхищаться.
— А какие сделал ошибки Путин, на ваш взгляд?
— Простите, а что он вообще сделал? Он ошибок особых не сделал, он ничего особо не сделал.
— Ну да, кроме того, что репрессивные законы штампуются.
— Да. Эти репрессивные законы, которые штампуются и исполнение которых носит неизбежно демонстративный характер, потому что репрессивного, централизованного аппарата всероссийского масштаба нет. А просто отпустить эти органы, сказать, хватайте кого угодно, даже Путин не решится, потому что они так нахватают! И к тому же это возможность стать лишним в своей собственной системе. Больше всего Путин, по-моему, опасается стать лишним. Самое удивительное, что труднее всего понять, это то, чего на самом деле боятся люди в Кремле.
— Какие, на ваш взгляд, главные точки страха?
— Вы их видите. Если сказать честно, я боюсь, что эти люди совсем потеряют голову. Нам надо бояться именно этого. А если они там совсем рехнутся, просто окончательно двинутся? У них все время страхи.
Сталин обновлял элиту, управлял элитой, держа их в зверином, животном страхе. Но при этом он их менял. Не всех расстреливали, кого-то и назначали. И те, кого назначали, старались работать хорошо.
— Но Путин не меняет, он держит в страхе одних и тех же.
— Он держит их и их же пугает. Это плохой способ дрессировки. Это дрессировщик, который зашел в клетку и бьет бичом.
Здесь недооценивается ощущение атмосферы, излучение абсурда, когда Кремль создал централизованную систему только в одном отношении. Она не централизована в смысле прохождения управляющего сигнала, но она централизована в распространении и разгоне символов, картинок. И сейчас она буквально излучает слабость, неуверенность, страх. Потому что путинская система сегодня — это тирания слабости. А это не значит, что она не может совершить еще дополнительных ужасных вещей. Но опять-таки от слабости, испуга. Я не могу представить себе, что вдруг Путин захотел осуществить какую-то программу, чью-либо. Вот ему принесли замечательную программу, написали. Он ничего из нее не сможет осуществить. Если она будет задевать интересы каких-то сильных групп, они ничего не будут делать, будут улыбаться Владимиру Владимировичу, а он будет нагонять на них еще больше страху, но тогда он рискует местом.
— Сейчас ситуация хуже, чем была при позднем Брежневе?
— Она другая. Застой в истеблишменте, застой в управлении. А это один из самых опасных видов застоя. Проблема сегодня в том, что наша Россия действительно находится в опасном состоянии из-за своего умственного состояния.
— То есть плана действий нет?
— Хуже. Плана может не быть, но если ты толковый человек, ты можешь извернуться и без плана, ты его можешь продумать в голове, на ходу. Но нет стратегии, нет культуры мышления о сложных вещах. Всем кажется, что Россия — это очень просто.
— Как вы думаете, Путин сегодня боится за себя физически, что его могут арестовать?
— Думаю, что картины Ближнего Востока, конечно, обострили его страхи. Он вообще мизантроп, он не очень любит людей. Его мизантропию сильно обострила картина того, что было в Ливии, безусловно.  А человек, который управляет людьми, не может быть законченным мизантропом, тогда надо сменить профессию.
— С вашей точки зрения, сейчас возможен заговор против Путина внутри элиты?
— Заговоры будут складываться по мере того, как будет выясняться, что никакой реальной коалиции нет и не будет. Место заговоров будет вверху, а не внизу. За неимением лучшего термина, я называю эту группу премиальным классом, эти пару тысяч человек, которые фактически являются единственными в стране полноправными собственниками. Они остаются единственными в стране свободными гражданами, людьми с защищенными правами — это крупный бизнес, чиновники группы «А», губернаторы. И вот скоро они начнут спрашивать: а ведь этот парень обещал нам гарантии собственности и ее передачи детям, а сейчас получается так, что мы сами должны ему гарантировать его шесть лет президентства? Тогда либо давайте рассчитываться за это, либо давайте другого парня.
— Он не рассчитался?
— Он-то думает, что рассчитался, а они думают, что нет. Главное, они хотят гарантированно спастись в личном качестве. Вчера страховым полисом был Путин, завтра это может быть… тоже Путин. Но связанный.
— Как вы думаете, когда может возникнуть эта ситуация?
— Что ускоряет возникновение этой ситуации? Это, как я думаю, недооцениваемая и Путиным, и Кремлем роль слабых взаимодействий в обществе и умах. Они пугают, но замечают ли, кого именно? Ведь в сущности, что такое изгнание Гудкова или законы о демонстрациях? Это все слабые взаимодействия. Но они создают устойчивые очаги возбуждения и паники у российского нервного премиального класса. А тут еще полезли первые перевозбужденные. Один известный мыслитель назвал их «кадровыми экскрементами». Это ни на что не способная часть аппарата, которая сидит и злобствует, что ей мало перепало. Они требуют крови. Они сейчас перевозбуждены.
— Он может и не досидеть до конца своего шестилетнего срока?
— Может и не досидеть, а что тут такого невероятного?
— Революция?
— Какая еще революция?!
— Сверху.
— Люди, которых Путину стоит опасаться, менее всего революционеры.
— То есть это в тихих кабинетах…
— Да, это коалиция кабинетов и швейцарских шале, куда они отправляются по пятницам.

* * *

Когда нам в школе на уроках истории СССР озвучивали ленинское определение революционной ситуации, то я все время удивлялся: «Почему верхи не могут править по старому? Ну командуй как и прежде - какие тут проблемы?» И вот мы сейчас видим такое состояние, как углубляющие противоречия внутри власти не позволяют ей править по старому. Власть начинает идти трещинами, разваливаться на враждебные части...
А тем временем многочисленные эксперты выступают с самыми мрачными прогнозами. Распад России обсуждается, как что-то неизбежное...

Россия на пороге Апокалипсиса

Центр стратегических разработок при правительстве России опубликовал данные исследования, посвященного политическим настроениям россиян после начала третьего президентского срока Владимира Путина. Прогнозы ЦСР оказались апокалиптическими. Проводилось исследование в сентябре-октябре 2012 года. Выводы данного исследования: россияне все больше говорят о возможности и желательности революции. 66% опрошенных говорят о разочарованности властью и негативном отношении к ужесточению законодательства. Причины снижения рейтинга власти и Путина - за время правления Путина не было достигнуто никаких значимых результатов. Были только безконечно повторяющиеся слова и обещания. Россияне не верят в вариант смены руководства страны через голосование на выборах. Они уже почти не испытывают опасения и страха в связи с событиями, которые могут последовать во время и после революции. Отношение "среднего класса" к Путину изменилось за последние месяцы с негативного на враждебное. 100%-ое  негативное отношение опрошенные продемонстрировали к партии "Единая Россия".

Subscribe

  • Метод ассоциаций

    Читаю, сообщение с сайта «Медвестник» от 08.02.2021 г.: «С коронавирусной инфекцией в прошлом году было связано 162,4 тыс.…

  • О смерти В. И. Филина

    Черные крылья смерти над нашей Родиной. Скоропостижно, якобы, от инфаркта скончался Владимир Иванович Филин. Довольно остро выступавший…

  • Перелом в сознании

    Если будет перекрыт последний, мирный выход из ситуации. Сначала цитаты. "От прививок отказываются представители группы риска —…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments